Книга Радуга на запястье, страница 117 – Юлия Фирсанова

Жнец подавился еще раз, но уже лишь едва-едва. Наверное, начал привыкать. Или вопрос от бесцеремонного типа мужского пола не вгонял его в смущение.

— Дайте Дейгону поесть! – сурово постучала вилочкой по ножке бокала Кира и вернулась к своей рыбе.

— Ладно-ладно, извиняюсь и умолкаю, – пожал плечами Род, умеряя естественную жажду знаний. Ну а как было не переспросить? Ведь о великих мечах жнецов, разрубающих все, вообще все, ходили такие потрясающие легенды и в университете на лекциях рассказывали, а тут сам уникальный владелец бесценного артефакта в двух шагах!

Альрау же глянул не на жнеца и меч (на таких, оказавшись близко, вообще лучше не смотреть прямо, во избежание эксцессов), а на Родгарда. Парень прежде казался ему вполне вменяемым и здравомыслящим. Но, видать, лишь казался. Взять и начать расспрашивать жнеца о его оружии! Это кем надо быть? По всей видимости, ответ але Креейл уже знал, или догадывался: членом его новой команды.

— Почему ты про Дагона говорила? – неожиданно обратился к Киране жнец со странным вопросом.

— А… это такой божественный тип гигантских габаритов, помесь рыбы и амфибии из страшных рассказов на моей последней родине, – пожала плечами девушка.

— Вымышленный? – почему-то прищурился жнец, будто через прицел посмотрел.

— Сложно сказать однозначно. Говорят, все, что мы только можем вообразить, где-нибудь обязательно существует. Писатель просто сочинял. Хотя корни его творчества уходят в древнюю мифологию. Когда-то нечто божественно-рыбоподобное в пантеоне было, – дала более точную справку Кира, включив преподавателя. – А с чего такой интерес?

— Те, кто устроил побоище на берегу. Они тогда и в самом деле звали некоего Дагона. Но не дозвались. Пришел я, – мрачно заключил жнец.

— Исходя из прочитанного, я бы сказала, что им крупно повезло.

— Я их убил, – педантично и мрачновато напомнил мужчина.

— А я о чем? – пожала плечами Кира, ловко отделяя вилочкой косточки от кусочка рыбы. – Ты только убил, а то-тот-те, кого они звали, обошлись бы куда более жестоко. Во вселенной есть гораздо более неприятные вещи, чем чистая смерть от меча жнеца, отправляющая душу прямиком к служителям смерти.

Алия же, с момента появления нового персонажа лишь украдкой улыбалась и практически любовалась им. И чем дальше, тем все более явно. Настолько, что Род едва не начал недовольно сопеть от ревности.

Нельзя сказать, чтобы жнеца такое пристальное внимание не обеспокоило. Он отвлекся от еды и беседы с интересной айлой и задал вопрос. Спросил, ожидая, вероятнее всего, услышать какую-нибудь феерическую гадость:

— Я настолько нравлюсь, але? Ты с меня глаз не сводишь.

— Да, – прямо ответила странная девушка.

— Алия, он тебя не так сейчас поймет, а Род и вовсе обидится, – предупреждающим громким шепотком, который, разумеется, слышали все, на что он и был рассчитан, выдала Кира.

— У тебя красивые цвета ауры, личной силы и сути служителя Творца, – снизошла до более развернутого объяснения крылатая, с легким удивлением в голосе. Она любовалась в равной степени игрой искорок в напитке и всеми магическими переливами Дейгона, доступными для созерцания через призму необычного таланта. Снова на секунду отвлекшись, странная девушка рассеянно и слегка удивленно продолжила: – А Роду зачем обижаться? Он же мой будущий муж.