Книга Спасти дракона, страница 36 – Няпушка

— Грязь. Просто грязь.

— Ты больше не пойдёшь гулять в лес, это опасно! Сегодня мы с Ниримом придумали, как выкрутиться, а завтра может не повезти. Если сам царь захочет увидеться с тобой, а тебя тут не будет, что прикажешь делать?

— Прикажу дальше придумывать, как выкрутиться. Мне нужно в лес. Опять. Сегодня ночью.

— Нет! — выкрикнула Сана и резче, чем хотела, дёрнула на себя почти развязанный пояс рубахи. — Для какого мута? Что тебе там делать?

Цатия забегала глазами из угла в угол, думая, что бы такое сказать. И не придумала. В любом случае Имрад настоит на тщательном осмотре, и тогда обман вылезет наружу ещё до того, как снимется вся одежда. Тяжело вздохнув, Цатия поняла, что придётся рассказать правду. Ну или почти правду.

— Ладно, я всё объясню… Но обещай, что это будет наша тайна.

— Я давал клятву лекаря богам, когда решил помогать людям… — Имрад уважительно поклонился. — Что с тобой случилось?

— Не со мной… — Царевна подошла ближе и зашептала: — Не так давно я сбегала в лес из дворца…

— Что? Когда?

— Неважно. Важно то, что я увидела там попавшего в беду зверя.

— Какого ещё зверя?

— Д… мед… ведя… Медведя, да. Огромного, лохматого и страшного.

— Ты встретила медведя в лесу?! Он ранил тебя? Поцарапал? Укусил?

— Нет-нет, Имрад, тише… Я в порядке. Тот медведь и сам ужасно ранен… Он не смог бы мне навредить.

— И эту мазь ты взяла для него?

— Да.

— Каких же размеров тот медведь? — почесав подбородок, протянул Имрад, глядя на совершенно опустевшую банку. — Это странно…

— Что тут странного? Ну да, большой медведь, и что? — Непонятно, кого больше Цатия пыталась убедить своими вопросами, себя или лекаря. — Не бывает разве таких больших медведей?

— Я не об этом… Как ты использовала мазь? Она помогла твоему медведю?

— Как ты и говорил, мазала вокруг ран, но… Вообще-то нет, не помогла. Какая-то слишком ядрёная мазь. Ему было так больно, что он сознание потерял.

— У медведя? Сознание? — прищурившись, уточнил Имрад.

— Ну или что там у медведей вместо сознания? Я не разбираюсь! И если кратко, я не потратила мазь, извини, что пыталась обмануть… Она просто не помогла, и я её вылила в землю. Нужна другая.

— Неудивительно, что не помогла. Та мазь была для людей, понимаешь? Не подходит она для лечения животных.

— Ну да… Я тоже так подумала… Но ты же сделаешь другую, да? Пожалуйста, Имрад, пожалуйста!

— Не знаю… Я практиковался на зверях, пока учился, но никогда не делал для них лекарств. Для начала мне нужно понять, что за медведя ты встретила.

— О, эм… — Цатия посмотрела куда-то сквозь, пытаясь как можно скорее придумать правдоподобное описание. Не говорить же, что у него не шерсть, а чешуя! — Это очень необычный медведь. Очень! Наверное, новый вид!

— Насколько необычный? Опиши.

«О Имрад… Ты даже представить не можешь, насколько…»

— Это сложно… Я видела его в темноте, могу сказать только, что он очень большой. И сегодня ночью опять собираюсь пойти.

— Одна к опасному зверю? Тебя бог Решеф укусил, что ли? С какой радости ты стала такая бесстрашная?

— Всё будет хорошо, правда. Я ведь уже ходила. Но мне очень нужна твоя помощь. Нужна новая мазь.

Имрад долго думал, стараясь не смотреть, но всё же встретился взглядом с большими, милыми зелёными глазами и не смог найти никаких доводов против. То, что больше царевне не к кому обратиться с этой необычной просьбой, он понимал. Сдался и махнул рукой. Достал из ящика стола чистые листы, принялся что-то неаккуратно и быстро записывать, брызгая мелкими каплями чернил и царапая наконечником пера бумагу.