Книга Пепел революции, страница 32 – Виктор Громов

Кильчевский кивнул.

— Да, еще раз напоминаю. Ничего не планируй на завтра, мы за тобой заедем и кое-что посмотрим. Да, и не наседай особо на свой саквояж. Все, подурачился и хватит. Теперь тебе особо нужны свежие мозги. До свиданья!

Но утро началось не совсем так, как планировалось. Кильчевского разбудил на рассвете громкий стук в дверь. Он вскочил в тревоге, что красные или их агенты уже в городе и за ним уже пришли. Пистолет тут же прыгнул в руку и был нацелен на дверь.

— Кто там? Что надо? — как можно более громко окликнул он пришедших.

Оказалось все довольно неожиданным: к нему пришли из штаба армии. По каким делам и для чего он не знал, однако Кильчевского приглашали на беседу. Понятное дело, что сейчас не то положение, чтобы отказывать армии, стоя в одном белье в комнате с оружием. Пришлось подчиниться, одеться и отправиться с ними.

На улице за ночь похолодало еще сильнее. Они сели в простой видавший виды автомобиль и отправились в порт. Там в огромном здании расположился какой-то очередной штаб. У Кильчевского, к огромному его разочарованию, отобрали оружие и обыскали. Они поднялись на третий этаж и вошли в сильно накуренную комнату, где сидели два высокопоставленных офицера удивительно юного возраста.

— Присаживайтесь, Евгений Яковлевич, — предложил один, блондин с тонкими усиками. Позвольте представиться, полковник Вахромеев Игорь Анатольевич. Это мой коллега, — он указал на второго офицера, — полковник Юлий Оттович Шлемберг. Мы узнали о вашем приезде в Одессу и решили познакомиться.

Кильчевский не понимал, для чего его пригласили, и решил держаться дружелюбного нейтралитета.

— Очень приятно, господа. Чем могу служить?

— Мы слышали, что вы вчера ездили с господином Шемаковым на место бойни. Ужасная, ужасная трагедия! Не может даже представить, какие изверги могли поступить так с мирным населением. Мы так огорчены!

Две пары немигающих глаз пристально смотрели на него, оценивая каждое слово и движение. Кильчевский пока не мог понять, что в них скрыто: темные силы, присланные из Москвы или же ударная доза кокаина.

— Да, там десятки жертв. Страшно. Вы, должно быть, уже читали предварительный отчет Шемакова?

— Да, он написал, проявив отличную наблюдательность и немалый литературный талант.

— Господа, чуть не забыл. Мы с ним должны утром встречаться. Прошу разговор рассчитывать так, чтобы я не опоздал, иначе он очень будет переживать. Но, безусловно, я в полном вашем распоряжении.

— Не беспокойтесь, Евгений Яковлевич, мы уже ему сообщили. Не волнуйтесь.

Врут, сразу подумал Кильчевский. Ничего они не говорили, схватили меня, как лиса цыпленка и поминай, как звали.

— Что вы думаете о нашем положении? — задал вопрос второй.

— Вы о чем? О положении людей в этой комнате, в городе, наших перспективах на Юге России или общемировой обстановке?

— Я про белое движение.

Кильчевский секунду думал, какую роль избрать: восторженного идиота-патриота или реалиста. Второе опаснее, поскольку могут арестовать, как пораженца и паникера, что было довольно распространенной практикой. А первое не имело особого смысла. Эти двое были, похоже, слишком умны, чтобы разыгрывать перед ними спектакль одного актера. Но почему такие вопросы задают штабисты, а не контрразведка?