Книга Тайга, страница 99 – Виктор Громов

С этим было совсем хреново. Не было у меня ни одной умной мысли на этот счет. Зато была идея. Я посмотрел в спину Кольке. Как бы еще раз переговорить с ним с глазу на глаз? При Юрке откровенничать не хотелось.

Тот словно почувствовал, что я думаю о нем, принялся сокрушаться:

— Где теперь рыбу будем ловить? Мне Эдик с Зиной не дадут рыбачить в озере. Что будем есть?

Я вспомнил один из самых первых разговоров, сказал:

— Ты говорил, здесь где-то рядом есть река. Там и наловим.

— Что там ловить? — Юрка даже всплеснул руками. — Гольянов если только.

— А омуля? — я даже удивился. — Ты ж говорил про омуля, я помню.

Юрка как-то странно дернулся, поморщился, сказал неохотно:

— Все забываю, что ты не дуришь. Что на самом деле ничего не помнишь. Какой там омуль? Я тогда пошутил…

— Не слишком удачно пошутил, — припечатал Санжай.

Юрка только развел руками.

— Ну извините!

— Пусть будут гольяны, — согласился я, — пустим на уху.

Хотел сказать, что из ершей вон тоже замечательная уха выходит, но вовремя прикусил язык. Кто его знает, водятся тут ерши или нет. А объяснять, откуда я знаю про эту рыбешку… Нет уж, увольте. Я и так постоянно попадаю впросак.

* * *

За день Юркину палатку никто не починил. Было не до того. Спать ложились в том же составе. И в этот раз я отрубился моментально. Спал крепко, не видел снов, не слышал храпа. Почему-то совершенно ничего не боялся. Словно уверовал, что в эту ночь просто ничего плохого не может произойти.

Собственно, так и вышло. Ночь промелькнула тихо, спокойно. Просочилась песком сквозь пальцы. Зато утром…

Утрам меня разбудил вопль. Громкий, высокий, полный жути. Я открыл глаза, сел рывком. Спросонья попытался понять, что происходит. Рядом так же бестолково хлопали глазами Юрка с Санжаем.

Вопль на миг прервался, а после вышел на новую высоту — почти добрался до ультразвука. От мощи его я слегка обалдел.

— Зина кричит!

Санжай подскочил на четвереньки, рванул по Юркиным ногам наружу, как был, в трусах. Как ему удалось определить, что орет именно Зина, я не понял. Но поверил сразу. Бросился следом, на полпути запнулся босой ногой о корень, пребольно отбил большой палец. К палатке девушек допрыгал на одной ноге.

Заглянул внутрь и остолбенел. Дамы наши уже были одеты. Сидели они в дальнем углу палатки, прижавшись друг к дружке, как птенцы под дождем. Смотрели громадными глазами и, не хуже птенцов попискивали.

У самого входа согнувшись стоял Колька. Рассматривал он совсем другую сторону девчоночьего жилища. Я глянул туда же, но страшного ничего не заметил. А потому спросил:

— По какому поводу был крик?

Наташа вытянула вперед руку, ткнула пальцем в сторону противоположной стенки, совсем непоследовательно прошептала:

— Змея, там.

Мне подумалось: «Толку теперь шептать, если только что так орали?» Но вслух произносить я это благоразумно не стал.

Колька попятился, вытолкал меня задом наружу, скомандовал жертвам змеиных визитов:

— Так, брысь отсюда. Обе!

Дважды девчонкам предлагать было ненужно. Они стремглав рванули наружу. Так что вторую часть фразы Санжаю пришлось кричать вдогонку:

— И дайте мне пустой вещмешок.

Зиночка тут же притормозила, выпалила:

— Я туда не пойду. Сам бери, что хочешь.

Наташа оказалась куда крепче. Кремень — а не девушка. Из таких, как она только гвозди ковать. Залезла по пояс внутрь палатки, подхватила свой мешок, растянула горловину, вытряхнула содержимое прямо на землю у входа. Пустой бросила внутрь.