Книга Пункт назначения 1990. Шаман, страница 80 – Виктор Громов

Парень отодвинул лисову руку, заглянул внутрь стакана, душераздирающе вздохнул, нахмурил брови. Потом вдруг просиял и выдал:

— Мужики! Будьте людьми, слазьте в погреб! Там огурчики солененькие есть. Мне б рассольчику, поправиться…

Глядел он при этом почему-то на Вику, которая к сакральному «мужики» не имела никакого отношения. Девчонка возмущенно фыркнула и отвернулась. Участковый обижено моргнул.

— Мужики, ну, будьте людьми…

— Я полезу, — согласился Лис.

Крышка в погреб обнаружилась в сенях под половиком. Света там не было. С собой Лису выдали огарок свечи. Я принимал живительный эликсир сверху. Кроме огурцов нашей добычей стали две банки тушенки. На мой немой вопрос Слава ответил:

— Одну ему, — и кивнул на комнату, — другую собаке.

Как по мне я бы собаке отдал все, кроме огурцов. Этого скота, считающего себя человеком, кормить не хотелось вовсе. Но хотеть и делать — разные вещи.

Банки пришлось вскрывать обычном ножом, консервного в доме не нашлось. Вика сбегала на двор, принесла собачью миску. Туда отправилась львиная доля мяса. Для участкового посудой заморачиваться не стали — вилку воткнули прямо в банку.

Наше появление было встречено счастливым воплем. Болезный выхватил у Лиса банку с огурцами, припал к ней, как младенец к груди, выхлебал одним махом добрую половину. После чего как-то сразу, посвежел, похорошел, обзавелся осмысленным взглядом.

Я совсем не был уверен, что сыграло в таком преображении решающую роль: то ли наша с Викой ворожба, то ли банальный рассол. В любом случае, нужный результат был достигнут. Клиент стал почти вменяем и годен для беседы.

Он выудил из банки огурец, посмотрел на него, спешно запихнул обратно, заерзал по стулу, проговорил:

— Мужики, мне тут надо…

И пулей вылетел в сени прямо босиком. Откуда только взялась прыть?

Лис хохотнул:

— На реактивной тяге пошел.

Обратно участковый вернулся уже с Викой, умытый, благодушный. Уселся за стол, добыл все тот же огурец, придвинул тушенку, принялся жевать и наконец-то задал нам первый разумный вопрос:

— Мужики, а вы чего пришли?

За мужиков ответила Вика:

— Ограбили нас.

Участковый откусил огурца, закатил от удовольствия глаза, проглотил и выдал философски:

— Бывает…

Девчонка разозлилась:

— И все?!

— А что еще?

Блаженного настроения хозяина дома поколебать не могло ни что. Ни глупые вопросы, ни неуместное раздражение посетителей.

— Ну, вы здесь, вроде бы, участковый! — Вика выделила голосом «вроде бы» и вопросительно замолчала? На что она надеялась? На то что в этом теле, страдающем похмельем, проснется совесть? Могла бы и не стараться. Ответ остался практически тем же.

— И что?

Она фыркнула, раздула возмущенно ноздри и уставилась на нас. Мол, все, не могу больше, теперь ваша очередь. Лис иолча полез в карман, где лежала заветная сотка. Я остановил его. Вступил в разговор:

— Друг, — я постарался, чтобы голос звучал как можно мягче, — мы к тебе за помощью пришли.

Участковый оживился, извлек из-под стала бутылку, водрузил на стол, сделал приглашающий жест:

— По соточке?

Я постарался не сорваться. Местный участковый начинал раздражать. Кто его такого вообще на работе держал? Хотя, о чем это я? На дворе девяностый, всем на все наплевать. А скоро станет еще хуже.

— Мы не за этим пришли. Ограбили нас, понимаешь? Очень ценные вещи унесли…