Книга Измена. Беременная жена дракона станет невестой его врага, страница 18 – Виктор Громов

— Я не знал, — сказал он.

Она поняла, о чём он.

Чаша говорила о ребёнке, о праве крови и о праве выбора — о том, что старая родовая власть не отпустит свободную искру, пока ей не противопоставят клятву сильнее страха.

— А если бы знал? — спросила она. — Не привёл бы Сибиллу? Или просто провёл бы церемонию иначе?

Он не ответил сразу.

И снова этого хватило.

Яра закрыла глаза на короткое мгновение. Не от слабости. Чтобы не позволить боли вытечь наружу там, где её ждали.

— Ты всё ещё не понимаешь, — произнесла она. — Меня не разрушило то, что ты полюбил другую. Если бы ты пришёл ко мне честно, если бы сказал, что не можешь больше жить в нашем браке, это было бы больно. Очень. Но я бы пережила. Меня разрушает то, что ты решил провести меня через этот зал как ненужную вещь и назвать это достоинством.

Мортан резко вдохнул.

— Я хотел избежать скандала.

— Ты хотел избежать моего голоса.

Он замолчал.

Она впервые увидела, что ему нечем ответить.

Не потому, что он признал вину. Может быть, до признания было слишком далеко. Но правда встала между ними, и ни власть, ни драконья кровь не могли отодвинуть её без следа.

Сзади раздался голос Аврела:

— Княгиня Яра, ваш выбор должен быть зафиксирован до закрытия полного круга.

Мортан не отводил от неё взгляда.

— Не спеши.

В этих словах впервые прозвучала просьба.

Слишком поздняя.

Слишком маленькая для того, что он сделал.

Яра повернулась к Ноксу.

Он стоял у края помоста, не пытаясь приблизиться. В отличие от Мортана, Нокс не смотрел на неё так, будто она уже принадлежит его решению. Его лицо оставалось непроницаемым, но в серых глазах была внимательность — тяжёлая, взрослая, опасная. Он понимал цену момента. Возможно, лучше её самой.

— Лорд Эррел, — сказала Яра.

В зале снова зашептались. Сибилла побледнела.

Нокс слегка склонил голову.

— Княгиня.

— Если я назову ваше имя, что вы получите?

Вопрос прозвучал неожиданно даже для неё. Но он был важен. Слишком важен, чтобы бросаться из клетки Мортана в чужую, даже если новая клетка обита пепельным бархатом.

Нокс посмотрел ей прямо в глаза.

— Врага в ярости, Совет в панике и женщину, которая не обязана мне ничем, кроме честного ответа на честный вопрос.

— И всё?

— Нет, — сказал он. — Ещё возможность не дать им переписать сегодняшний вечер к утру.

По залу прошла волна возмущения.

Аврел резко произнёс:

— Лорд Эррел!

Нокс даже не моргнул.

— Вы же не станете утверждать, что не думали об этом.

Яра почувствовала, как в груди впервые за долгое время появляется не тепло даже, а пространство. Нокс не обещал ей спасения из чистого благородства. Не говорил, что у него нет выгоды. Не прикрывал правду красивыми словами. И именно это странным образом казалось надёжнее.

— Вы враг моего мужа, — сказала она.

— Да.

— Вы можете использовать меня против него.

— Могу.

Мортан резко шагнул вперёд.

— Достаточно.

Нокс продолжал смотреть только на Яру.

— Но не стану брать то, что вы не отдаёте сами.

Эти слова не были ласковыми. Они не утешали. Не обещали счастья. Но Яра вдруг почувствовала, как горло сжимается не от унижения, а от чего-то почти невыносимого: её впервые за вечер спросили не о пользе для рода, не о наследнике, не о порядке, а о её воле.

Мортан тоже это понял.

— Яра, — сказал он резко. — Посмотри на меня.