Книга Измена, месть, или Вторая попытка Виолки, страница 120 – Тиана Альтер

Нужно было обдумать случившееся, а лучше выговориться.

Талию я нашла в библиотеке за письменным столом. Подошла ближе и тихо спросила:

— Занята?

Уже через минуту мы сидели в моей любимой комнате с неизменным какао в руках, и я рассказывала ей обо всём.

— И что сама думаешь? — нахмурилась библиотекарша, когда я закончила.

— Не верю, что это правда. Но понимаешь, его слова звучат так логично. Я обманула его в самом важном, он действительно переживал из-за своей магии.

Талия замахала руками:

— Я, если что, ничего не знаю о твоём птенце и его проблемах с полётами. А твои мысли это небезопасное пространство, Элира. Без подробностей.

— Ну да. Для него это было важно, а я предала его доверие. Да и с чего вообще взяла, что могу быть с ним? Самонадеянно, такая разница в статусах. Самый логичный вариант, что Рейнер всё делал только ради сделки и чтобы открыть портал. Целовались мы просто от накатившей страсти, у него и репутация подходящая. А в пещере Алькор действительно был отравлен скверной, — затараторила я, и с каждым словом внутри будто что-то обрывалось, падая в чёрную бездну.

— Эй, эй! — Талия помахала перед моим лицом ладонью. — Звучит логично, но не всё то золото, что блестит. Сама-то что чувствуешь?

— Не знаю. Но почему-то не могу в это поверить! Может, я и правда самонадеянная дурочка?

— Нет, не думаю, — Талия серьёзно посмотрела на меня, так, что напомнила мне медсестру, ставящую диагноз. — Элира, послушай. В тебе говорит низкая самооценка. Из-за неё тебе проще поверить, что Рейнер всё время тебя обманывал. Что он поддался скверне и признался в несуществующих чувствах. Тебе кажется, что так логичнее, правдоподобнее. Но не потому, что это правда, а потому что ты не веришь, что тебя можно любить по-настоящему. — Талия приблизилась, и её строгий тон, без метафор и намёков, обрушился на меня как поток ледяной воды. — А теперь послушай не голову, а себя. Твои чувства говорят иное. Ты ведь знаешь, что он был искренним тогда. Что любит тебя. И что отказывается от тебя, потому что пытается защитить, даже если ему самому от этого больно.

Элира Из тёплой уютной библиотеки я вышла в холодный мрачный коридор. Время близилось к обеду, и все переходы были оживлёнными, но при этом в них стояла гнетущая тишина: никто не смеялся, разговоры звучали приглушённо и невесело. Сначала я думала, что всё дело в смерти Тарена, но, присмотревшись, поняла, что причина не только в нём.

Студенты сидели прямо на подоконниках, ступеньках и у колонн, кто где смог приткнуться, там и расположился. У всех в руках были книги, свитки и бумаги. Они читали и что-то записывали, нервно уткнувшись в конспекты. Казалось, совсем скоро наступит конец света, и спасение осталось лишь в том, чтобы успеть выучить ещё одну страницу.

— У нас вообще не понимаешь, чего он хочет, — шептались двое студентов у окна, постоянно оглядываясь, будто профессор мог вырасти из стены и подслушать их. — Совсем дед поплыл со своим допуском к зачёту. Он задаёт не то, что объяснял.

Я замедлила шаг, прислушиваясь. — Да это всегда так. Они специально, — ответил другой и нервно перелистнул страницу.

А я ведь точно... Уже началось. Пока я сидела в комнате, ежегодная экзаменационная суета захлестнула Академию. И как бы ни было это жестоко, но, поглощённые собственными проблемами, все, казалось, забыли о Тарене.