Книга Развод. Твой конкурент теперь мой босс, страница 86 – Лия Верес

Он резко выдохнул и откинулся на спинку кресла.

— Я уже сказал, что ошибся.

— Да.

— Чего тебе ещё надо?

Вот она.

Трещина.

За просьбой снова проступило раздражение: я сказал нужное слово, почему ты не возвращаешься на место?

— Конкретики, Денис.

— Хорошо. Конкретика. Я был неправ. Я дал Алине слишком много полномочий. Я позволил личному вмешаться в рабочее. Я недооценил твой вклад. Я… — он запнулся, словно каждое слово давалось ему неестественно, — я повёл себя жестко.

— Жестко?

— Неправильно.

— Нечестно.

Он посмотрел на меня тяжело.

— Нечестно.

Я молчала.

Он наклонился вперёд.

— Варя, мы десять лет были вместе. Ты не можешь выбросить это из-за одной недели.

— Я не выбрасываю десять лет. Я как раз впервые смотрю на них целиком.

— И что видишь?

— Что я слишком часто называла любовью то, что было удобством для тебя.

Его лицо изменилось.

Не от злости.

От настоящего задетого чувства.

— Это неправда.

— Частично правда.

— Я любил тебя.

Он сказал это так тихо, что я почти поверила бы, если бы была прежней.

Может быть, даже сейчас какая-то часть меня поверила. Та, которая помнила его молодым, смеющимся, с пятном соуса на рукаве, когда мы ели пиццу над первыми схемами. Та, которая знала, что не всё в нашем браке было ложью. Были настоящие вечера, настоящие мечты, настоящие прикосновения, настоящие победы.

Проблема была в другом.

Настоящее тоже можно разрушить.

— Возможно, — сказала я. — Но ты любил меня так, чтобы я помещалась рядом с тобой. Не выше. Не громче. Не отдельно.

— Ты говоришь так, будто я монстр.

— Нет. Я говорю так, будто наконец перестала тебя оправдывать.

Он закрыл глаза на секунду.

Когда открыл, в них была усталость.

— Помнишь наш первый офис?

Я не ответила.

Он продолжил сам:

— Третий этаж. Окно во двор. Вечно не работал кондиционер. Ты сидела у стены, потому что там была единственная розетка. Я тогда думал, что если у нас получится, я куплю тебе самый красивый кабинет в городе.

— Купил?

— Да.

— А потом отдал его Алине.

Его губы сжались.

— Я пытаюсь говорить о хорошем.

— А я больше не могу отделять хорошее от того, чем оно закончилось.

— Варя, мы не были несчастными все десять лет.

— Нет. Не были.

Он будто ухватился за это.

— Значит, есть что вернуть.

— Нет, Денис. Есть что помнить. Это другое.

Он смотрел на меня так, будто я говорила на чужом языке.

А ведь когда-то мы понимали друг друга почти без слов. Или мне казалось, что понимали. Может быть, я просто слишком хорошо угадывала, чего он хочет, и принимала это за близость.

— Я верну тебе место, — сказал он.

— У меня уже есть место.

— У Орлова?

— В работе, которую я делаю.

Он усмехнулся, но без прежней уверенности.

— Ты правда думаешь, он видит в тебе только специалиста?

Вопрос был предсказуемым.

Но всё равно неприятным.

— Я думаю, это не твоё дело.

— Ошибаешься. Если он использует тебя против меня…

— Денис.

— Что?

— Ты снова говоришь так, будто я вещь, которую один мужчина может использовать против другого.

Он замолчал.

Потом тихо сказал:

— Я ревную.

Эти два слова оказались неожиданнее всех его обещаний.

Не потому, что я не понимала. Понимала. Видела ещё вчера: его цепляла не только потеря проекта, но и то, что рядом со мной появился другой сильный мужчина, который не называл меня приложением к чужой фамилии.