Книга Развод с драконом. Я верну себе крылья, страница 61 – Лия Верес

Дом крыльев.

Два крыла, сложенные для защиты.

Из знака поднялся голос Аэрианы. Тихий, далёкий, но ясный.

— Шесть печатей поставили другие. Седьмую удержала она сама.

Элира похолодела.

Перо Аэрианы появилось над кругом, серебряное с золотым краем.

— Нет, — тихо сказала Элира.

Она не знала, кому отвечает. Аэриане. Дому. Себе.

Голос продолжил:

— Когда крылья долго называют опасностью, женщина учится бояться не цепей, а свободы. Последнюю дверь нельзя открыть признанием мужа, судом Палаты или падением врага. Её откроет только та, кто решит больше не прятаться от собственной силы.

Элира почувствовала, как весь зал исчезает.

Осталась только она.

И страх.

Не перед Сайрой. Не перед Вейрами. Не перед Палатой. Глубже.

Страх стать той, кого уже нельзя будет оправдать слабостью. Страх раскрыть крылья и узнать, что небо действительно её. Страх перестать быть женщиной, которую обманули, и стать женщиной, которая должна решить, что делать с возвращённой силой.

Как легко было ненавидеть цепи.

Как страшно было увидеть открытую дверь.

Сайра медленно выпрямилась.

— Вот видите, — сказала она хрипло, но уже собирая голос обратно в красивую форму. — Даже ваш собственный Дом признаёт: опасность не в приказах и не в Морвенах. Опасность в ней самой. Она нестабильна.

Элира повернулась к ней.

И впервые не почувствовала желания спорить.

Сайра могла говорить что угодно.

Палата могла записывать.

Вейры могли бледнеть от позора.

Арден мог признавать, терять власть, стоять рядом или уходить.

Но последняя дверь действительно была внутри неё.

Каэль шагнул ближе.

— Дом зовёт вас.

— Сейчас?

— Да.

Старшая заседательница резко поднялась.

— Заседание не закрыто.

Каэль посмотрел на неё.

— Если Элира Сейн не ответит на зов Дома крыльев сейчас, седьмая печать может снова уплотниться. Тогда открытие придётся начинать заново, и не факт, что перья придут второй раз.

Сайра ухватилась за это мгновенно:

— Палата не может отпустить её после такого всплеска силы.

Арден повернулся к заседательнице.

— Может. И должна.

Седой Вейр резко сказал:

— Ты больше не имеешь права говорить от имени рода.

Арден посмотрел на него спокойно.

— Я говорю как свидетель с меткой Дома крыльев. Этого достаточно.

Метка на его запястье вспыхнула в подтверждение.

Элира смотрела на всё это словно издалека. На Ардена, который только что лишил себя прежней власти. На Сайру, потерявшую часть украденного сияния, но ещё не побеждённую. На Палату, которая впервые не управляла процессом, а пыталась догнать древнюю правду.

И на световые перья.

Они больше не кружили вокруг брачного круга.

Они вытянулись к выходу из зала, образуя дорогу.

К Дому крыльев.

Старшая заседательница медленно опустила жезл.

— Палата объявляет перерыв до возвращения Элиры Сейн или до прекращения отклика Дома крыльев. Хранитель Рин сопровождает. Лорд Вейр остаётся как свидетель.

— Нет, — сказала Элира.

Все посмотрели на неё.

Арден тоже.

Она встретила его взгляд.

— Он идёт.

В зале снова прошёл шёпот.

Арден замер.

— Элира…

— Не как муж, — сказала она. — Не как защитник. И не как тот, кто открыл мне дверь. Ты пойдёшь как человек, чья подпись была на приказе. Ты увидишь, что она сделала до конца.

Он очень медленно кивнул.

— Да.

Сайра рассмеялась тихо.

— Как великодушно. Ведёте его смотреть на свою победу?