Книга Развод с драконом. Я верну себе крылья, страница 53 – Лия Верес

Арден тоже понял не сразу.

А потом его лицо изменилось.

— Сайра.

— Брачный обряд, — сказала она, глядя уже не на него, а на Элиру, — состоится через три дня. Дом Морвен направит уведомление в Палату сегодня. Если к этому времени не будет полного решения, союз Морвен и Вейр будет закреплён по действующему праву.

— Я не давал согласия на дату, — сказал Арден.

Сайра повернулась к нему с мягкой печалью.

— Ты дал его раньше, Арден. В родовом соглашении, которое подписал до развода. Или ты снова скажешь, что не помнишь строк, под которыми стоит твоё имя?

Элира увидела, как метка на его запястье вспыхнула.

Не как ложь.

Как боль.

Сайра нанесла удар точно туда, где уже была трещина: подпись Ардена. Его привычка доверять родовым бумагам. Его слепота, которой пользовались.

— Через три дня, — повторила Сайра. — До окончания вашей проверки.

Она отступила к ожидающей карете Морвенов.

Ливен Тарс стоял ни жив ни мёртв. Каэль молча фиксировал сказанное на пластине хранителя. Арден смотрел на Сайру так, будто видел перед собой не будущую жену, а ловушку, в которую вошёл сам и теперь тянул за собой всех.

Элира стояла на ступенях Дома крыльев, чувствуя тяжёлую, нераскрытую тень за спиной.

Три дня.

Если Сайра войдёт в брачный круг с Арденом раньше, чем печати будут сняты, часть Элириного крыла может навсегда закрепиться в чужом контуре.

Небо над домом снова стало далёким.

Но уже не чужим.

Теперь оно было украденным.

И Элира впервые по-настоящему захотела не просто доказать правду.

Она захотела забрать его обратно.

Три дня оказались слишком короткими для правды и слишком длинными для ожидания удара.

Дом крыльев не спал.

Элира поняла это в первую же ночь после объявления Сайры. Стены больше не просто шептали. Они открывали проходы один за другим, будто боялись не успеть. За закрытыми зеркалами обнаруживались узкие комнаты с пластинами разорванных клятв. Под лестницами — ящики с именами, стёртыми из родовых списков. В нижнем зале перьев воздух стал густым от пробуждённой памяти.

Каждое перо, к которому Дом позволял приблизиться, отзывалось не голосом, а ощущением.

Чужая свадьба.

Чужой страх.

Чужой взгляд на мужа, который постепенно начинал верить не жене, а роду.

Чужой день в Палате, где женщине говорили, что она не дала силы, хотя её силу уже давно отвели в чужой круг.

Элира не могла забрать все перья. Дом не позволил бы. Да она и сама понимала: эти перья не были вещами, которые можно сложить в шкатулку и вынести как доказательство. Но в ночь перед обрядом Дом крыльев открыл зал, куда раньше не пускал даже Каэля.

Зал был низким, круглым, с каменным углублением в центре.

На стене над входом горела надпись:

«Имена идут сами, если хозяйка зовёт их не ради себя одной».

Элира долго стояла перед этой строкой.

Не ради себя одной.

Когда-то она думала, что хочет вернуть только своё. Своё крыло, своё имя, свою правду, свою жизнь, которую три года заставляли казаться ошибкой. Но чем больше Дом показывал ей женщин до неё, тем яснее становилось: если она заберёт только себя и уйдёт, цепь не разрушится. Её просто перепишут. Скажут, что это был один странный случай. Одна неправильная клятва. Одна бывшая жена, которой повезло найти старый дом.

И потом другая женщина снова войдёт в брачный круг с улыбкой и надеждой.