Книга Читающая в душах, страница 11 – Светлана Бернадская

— Можешь не продолжать. Я знаю, где твой брат.

Остро вспыхнувшая надежда подтолкнула Яллу податься вперед.

— И где же?

Арен Ильд мучительно долго рассматривал ее лицо, нарочно испытывая ее терпение и изводя этой своей насмешливой ухмылочкой, раскрывающей куда больше, чем слова.

— Когда-то я уже говорил тебе, что ничего не делаю бескорыстно.

— Я заплачу. Столько, сколько захочешь.

Он издевательски хмыкнул. И наклонился вперед, сокращая расстояние между их головами.

— У тебя нет таких денег, которыми ты могла бы меня заинтересовать.

Ялла до боли вонзила ногти в ладони. Да, он забавляется с ней, глумится, мстит как может, но это ведь все игра. И он точно назовет свою цену. Ялла даже подозревала какую.

На всякий случай потянулась к нему чутьем — и судорожно выдохнула. Ее захлестнуло все вместе: жгучая жажда обладания, злорадство, торжество власти над ней, ненависть и отторжение вперемешку с непреодолимой физической тягой.

Просто невероятно, но этого мужчину по-прежнему влекло к ней, несмотря ни на что, как и ее саму влекло к нему.

Несмотря ни на что.

Наверное, Арен думал, что она примется юлить, изворачиваться, униженно просить, избегая очевидного, ломаться, повышать ставки. Но той Яллы, которая была принцессой из правящего рода, важной персоной на политическом рынке, той Яллы, которую могли заботить порядочность, честь, доброе имя — той Яллы уже давно не существовало.

Не осталось уже ничего. Ни чести, ни порядочности, ни доброго имени, ни родных — и ничего такого, что могло бы вызвать в ней категорическое неприятие. Ей просто необходимо спасти последнего близкого человека — своего младшего брата. И если она все еще имеет для Арена Ильда ценность как товар, что ж, она без колебаний им станет.

И потому Ялла спросила прямо:

— Мне что, переспать с тобой, чтобы ты ответил?

Вышло все же как-то грубовато. И Арен, несомненно, заметил ее мгновенный страх, потому что во взгляде его отразилось удовлетворение. Он откинулся на спинку скамьи и произнес с наигранной ленцой в голосе:

— Ты слишком высокого о себе мнения. Я не сплю с кем попало.

Ялла вздохнула. Он просто невыносим. Да, она все понимала. Ему хочется обидеть ее, унизить, уколоть побольнее, потому что ему сделали больно. Очень больно. Но, в конце концов, не оставит же он ее в самом деле… ни с чем? Имея информацию об Эйле, которому может грозить смертельная опасность, не дать даже намека?

Нет. В это сложно поверить.

— Назови свою цену.

Он насмешливо хмыкнул.

— Твоя беда в том, прин… красотка, что мне от тебя ничего не нужно. Вообще ничего. Можешь такое вообразить?

— Арен…

Он поднялся, сгреб фигуры, захлопнул их в доске, аккуратно сложил ту в кожаный чехол.

— Еще и игру мне испортила. Ну и кто ты после этого?

— Арен. Пожалуйста, помоги. Я боюсь за жизнь брата.

Он сунул чехол в наплечную сумку, вышел из-за стола и напоследок обернулся.

— Попробуй вообразить вот еще что: мне безразличны твои страхи.

Ошарашенная Ялла в последней отчаянной попытке потянулась чутьем вслед уходящему вверх по лестнице даргедийцу.

Не так уж она ему и безразлична. Он испытывал торжество, но… неполное. Месть свершилась, но это не принесло ему ожидаемого удовольствия. У него внутри все по-прежнему клокотало и кипело от гнева, но последнее, что успела выхватить Ялла из всего этого бурлящего котла — сожаление и тянущая тоска.