Книга Драконья метка. Пепел вместо крови, страница 88 – София Островская

«Даркан, - позвала я мысленно. - Я жива. Меня допрашивали, но я выдержала. Завтра суд. У нас есть одна ночь. Надеюсь, ты что-нибудь придумаешь».

Ответа не было. Но я почувствовала что-то - тёплое, знакомое, родное. Словно он был рядом. Словно он держал меня за руку. И я уснула - измученная, избитая, но не сломленная. Потому что знала: наша история ещё не закончена.

Утро встретило меня лязгом замков и грубыми голосами. Стражники выволокли меня из камеры и повели по коридорам - не в главный холл, как я ожидала, а куда-то в другое место. Мы поднимались по лестницам, проходили через двери, охраняемые магами, пока наконец не оказались в зале Совета - огромном круглом помещении с высокими витражами, изображающими драконов древности. Здесь уже собрались все. Совет Кланов - двенадцать старых драконов в алых мантиях, сидящих на высоких креслах полукругом. В центре, на троне, восседала Морвейн. Рядом с ней стоял Даркан - без кандалов, но под конвоем. Он выглядел уставшим, но держался гордо. Когда меня ввели, его глаза встретились с моими, и я увидела в них облегчение. Он боялся, что меня убили. Но я была жива.

— Подсудимая, - произнёс один из старых драконов, видимо, глава Совета. - Вы обвиняетесь в государственной измене, незаконном проникновении в Академию Драконьего Пламени, подделке документов, сокрытии запретной магии и заговоре против короны. Признаёте ли вы свою вину?

Я посмотрела на него. На Морвейн. На Даркана. На Рианну, которая стояла в задних рядах вместе с другими студентами - на них надели браслеты, блокирующие магию, и теперь они были не то свидетелями, не то заложниками.

— Я признаю, что проникла в академию, - сказала я. - И что скрывала свою магию. Но я не признаю вину в государственной измене. Я не угрожала короне. Я просто хотела выжить.

— Выжить? - Морвейн усмехнулась. - Ты - наследница Фериготов, и этим всё сказано. Твоё существование - угроза. Твоя Печать - оружие. Твоя магия - проклятие.

— Моя магия - это свет, - возразила я. - А твоя - тьма. Вот что ты боишься. Не меня. А того, что свет победит.

В зале поднялся шум. Старые драконы перешёптывались, качали головами. Кто-то, кажется, был на моей стороне - или, по крайней мере, сомневался. Но большинство смотрели на меня с осуждением.

— Довольно, - сказала Морвейн, поднимаясь. - Совет Кланов уже вынес приговор. Ты будешь казнена завтра на рассвете. Через сожжение - как твои родители.

Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри закипает ярость. Не та, слепая и разрушительная, которая заставляла меня поджигать мантии и разбивать чаши. А холодная, спокойная, сосредоточенная. Ярость, которая делает сильнее.

— Ты уже убила моих родителей, - сказала я. - Ты убила Эрвина. Ты посадила в тюрьму ректора. Ты запугала студентов. Но ты не убьёшь меня. Потому что свет сильнее тьмы. Всегда был. Всегда будет.

Морвейн рассмеялась. Её смех был похож на карканье вороны.

— Посмотрим, - сказала она. - Уведите её.

Меня поволокли обратно в темницу. Но теперь я не боялась. Потому что знала: этой ночью что-то случится. Что-то, что изменит всё. И я оказалась права.

Ночь перед казнью тянулась бесконечно. Я сидела в своей камере - той самой, для особо опасных, - и считала удары сердца. Раз, два, три... сто... двести... Сердце билось ровно, спокойно, даже удивительно спокойно для человека, которому завтра на рассвете предстояло взойти на костёр. Может быть, это Изначальное Пламя внутри меня знало что-то, чего не знала я. Может быть, оно предчувствовало, что казни не будет. А может быть, я просто устала бояться. После допроса прошло несколько часов. Офицер с серыми глазами больше не возвращался, и маг в капюшоне тоже исчез. В темнице было тихо - только где-то капала вода да изредка доносились шаги стражи, обходившей коридоры. Я сидела, привалившись спиной к холодной стене, и пыталась призвать магию. Кандалы всё ещё блокировали её, но я чувствовала - блок слабеет. То ли заклинание выдыхалось, то ли Изначальное Пламя адаптировалось, училось обходить препятствия. В любом случае, у меня был шанс. Где-то около полуночи в коридоре послышались шаги. Не тяжёлые, размеренные шаги стражи, а другие - лёгкие, быстрые, крадущиеся. Я напряглась и прислушалась. Шаги приближались. Остановились у моей камеры. Звякнул ключ в замке.