Книга Ещё одна жизнь злодейки. Игра на выживание, страница 2 – Анна и Валентина Верещагины

— Неужели так плохо, что я жива?

Между нами повисла театральная пауза.

— Что ты имеешь в виду? Конечно же, нет.

Эсклиф быстро огляделся по сторонам.

Несмотря на то, что был день, вокруг нас все погрузилось в темноту из-за угрожающей пелены чёрных клубящихся туч, заволакивающих небо, словно расплывающееся пятно чернил, пролитых в воду.

Хотя я не слышала раскатов грома, подняла глаза вверх и увидела, как небо рассекли белые зигзаги молний.

— Тогда в лесу... когда на моих глазах умирал Тим, появился Бард. Он обмолвился, что именно ты должен был умертвить меня.

«Грохот грома!»

Порывы ветра, словно по сценарию, усиливались, развивая по ветру черную вуаль, укрывающую мое лицо. Перед выходом Миа долго уговаривала меня набросить на голову полупрозрачную ткань, дабы скрыть последствие недавней пощечины.

— Феликс, скажи же, что он солгал мне...

В тот миг послышалось то, чего я больше всего не желала услышать.

— Нет. Он не солгал.

С того момента я лишь молча радовалась, что послушалась служанку. Ведь трепыхающаяся от ветра вуаль скрывала накатывающие эмоции.

Я машинально разомкнула губы.

— Ничего не понимаю. Нет, я просто больше ничего не хочу понимать и знать!

Я не хочу больше страдать.

Я лишь хочу жить, пребывая в неведении. Но уже слишком поздно.

Мои губы скривились в странной улыбке. Не было ни смеха, ни слез… лишь глуповатый вид.

Его выражение лица тоже исказилось, будто он рушится на мелкие части.

«− Какой забавный облик» − показались озлобленная логика и язвительность.

— Диана... Он протянул руку и осторожно провел ладонью по моей щеке, где оставался след удара.

«− Черт побери, почему ты не избавилась от этого прикосновения?» − вопросительно встрепенулась коварность.

— …Прости. Мне так жаль.

— Замолчи...

— Я не достоин твоих слез.

Только сейчас я осознала, что щеки мои были влажными от струящихся слез.

— Позволь мне рассказать...

Я прекрасно понимаю его попытки объясниться, но не хочу жертвовать собой опять. Пока Феликс пытался что-то донести до меня, попросту не слушая его, я прибывала в прострации своих мыслей.

Мне нанесли много ран. Я хотела их просто залечить, хотела наконец-то найти место, чтобы почувствовать себя в безопасности. Как раньше чувствовала её, находясь у этого мужчины за спиной или просто в поле его зрения. Но теперь...

— Думаю, сейчас подходящий момент, и мне хватит сил тебя бросить.

В отличие от меня, мужчину переполняли разнообразные эмоции. Среди бесчисленной палитры чувств более всего выделялась «ядовитая скорбь».

— Диана...

Болезненно ступая по залитой лужами каменной дорожке, я двинулась прочь с кладбища. Мои перебинтованные ступни ощутимо кровоточат, однако я упрямо продолжала идти, не останавливаясь ни на шаг.

— Диана, куда же ты?

Увы, Феликс не оставил меня в покое. Он отчаянно сжал мое запястье, крепко вцепившись в меня пальцами.

Я остановилась, закусив губу, взглянула на свою руку. Феликс пропустил мимо себя мой замораживающий взгляд.

— Отпусти.

Устало с моих губ слетел бесстрастный голос, но мужчина проигнорировал это. Я тут же приняла тот тон, коим обычно разговаривала с ним в прошлом.

— Отпусти меня, Феликс.

Да, зазвучал нежный тон с тихим придыханием.

Я расслабила свое напряженное лицо и, нежно улыбнувшись, на него взглянула. Мне пришлось надеть на себя прежнюю маску.