Книга Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть, страница 24 – Анна и Валентина Верещагины

Я зацепилась взглядом за вывалившийся конверт со знакомой синей печатью и незамедлительно подняла прямоугольник.

— Хах! Как мерзко получать столь красивое послание от этого...

— Кхм!

Я взглянула на откашлявшуюся Глорию, что косилась взглядом на Розу, стоящую позади Мии.

Содержимое письма, конечно же, отличалось от его изысканной обертки. Конверт был украшен ненавязчивой росписью, а восковая печать удерживала маленькую лавандовую веточку, перевязанную тонкой лентой.

«Завтра ты должна быть в этом, а ещё то самое рубиновое украшение. Ты должна одеть его на свою прекрасную шею. Не заставляй меня знакомить тебя со своим гневом. Будь послушной, Диана, и, быть может, я награжу тебя за послушание».

— Арр!! Как же он меня... − следующее наполнение моего высказывания в полной мере описывало Карлоса с не лучшей стороны. Абсолютно не стесняясь, я дала волю чувствам, и красноречие русскоязычной брани таки струилось из моих уст, заставляя даже Глорию удивленно скривить губы.

Неприятно ощущать себя марионеткой в его руках. Быть куклой − отвратительно, но деваться некуда.

На следующее утро в дворцах гарема творился настоящий хаос.

Все служанки бегали как угорелые не только в нашем крыле, а вообще повсюду.

Так как мне не пришлось ломать голову над тем, в чем идти, я мирно наблюдала за беготнёй остальных, тихо попивая чаёк с высоты второго этажа общей комнаты. Её окна как раз открывали вид на уличную зону отдыха, а также на наш внутренний дворик.

— Нас точно не видно отсюда?

— Да... − скромно ответила Роза, подливая в мою чашку чай. − Благодаря тянущимся ветвям пустынного плюща, что создаёт тень на этом балконе, вас будет сложно заметить. Даже ваш наряд растворился в их тени.

То, что подаренный Карлосом наряд оказался весьма темным, было очень кстати. Но в такую жару в подобном гулять под палящим солнцем − самоубийство.

Платье было необычным. Некая помесь между греческим платьем и платьями викторианского стиля. Рюши, темные цвета, как и удлиненный многослойный шлейф, намекали на викторианскую эпоху, а вот простота и легкость кроя, воздушный материал отошли от греческого стиля.

Если так посудить... Мне нет смысла жаловаться. К чему-то подобному я и сама вела моду, пока была в Акросе.

Платье действительно красивое, но то, что оно подарено тем психом, доставляло мне дискомфорт.

Плюс ко всему, почему на голове у меня должен быть золотой венец и черная вуаль, скрывающая лицо? Бред какой-то, но да ладно. Потерплю часочек и уйду с торжества, незаметно растворившись в тени.

Пенелопа так увлеченно окунулась в подготовку, что, видимо, совсем позабыла обо мне, либо она намеренно игнорирует меня. Даже зная, что я могла бы посодействовать с подбором наряда, решила побыть обиженной.

Ну, Карлос! Если мои отношения с Пенелопой испортятся ещё больше, я загрызу тебя собственными зубами!

Спустя какой-то час беготня прекратилась, и со стороны главного дворца гарема я заметила приближающуюся к нашим стенам группу людей. Заблаговременно до их появления спустилась во внутренний дворик и направилась к себе в покои.

Служанки быстро подправили мой макияж и, набросив огромный полупрозрачный черный платок на голову, зафиксировали поверх венец.

— Мисс, вы такая красавица! − почти рыдая, заявила Мия. − Вас не узнать!