Книга Запечатлённые, страница 119 – Велл Матрикс

Подсунуть Теодору девушку, в которую тот влюбится без памяти, дождаться рождения наследника и убить возлюбленную брата. Нестабильный кадхаи не сумеет пережить утрату смысла своей жизни и покончит с собой. Мартину нужно будет лишь взять на себя опеку над племянником — и власть над Родом будет принадлежать ему. А чтобы этому не помешал отец — что ж, достаточно дождаться очередного прорыва, на который отправится Рэнд, и послать ему весточку о смерти Грации. В разгар боя такое сообщение станет роковым.

Увы, Мартин хорошо знал слабости своей семьи. И такой план вполне мог сработать. Тео вспомнил, как замер посреди той битвы его отец. Могло ли это быть потрясением от внезапного сообщения? Судя по сжатым челюстям Рэнда, вполне.

— Задайте ему еще один вопрос, — холодно распорядился старший Вайнхаи. — Как он организовал доставку мне такого сообщения.

Тео вдруг осознал, что его мимолетное предположение оказалось правдой. Мартин действительно покушался на отца! И у него могло все получиться…

Запись ответа Мартина все подтвердила. Тот действительно готовился к этому, и уже давно, обеспечив себя возможностью скрыто отправить сообщение.

Мартин был достаточно умен, чтобы не попасться. И он резонно полагал, что его память, как сына Вайнхаи, неприкосновенна. Никто бы не узнал, если бы не стечение обстоятельств…

Совет признал его вину. Планирование убийства кадхаи, покушение на убийство Владетеля Рода. И Оливия — соучастница. На благословенной земле Танши нет более серьезного преступления. Но право назначить наказание Совет передал тем, против кого оно замышлялось.

— Ты будешь требовать его смерти? — голос отца прозвучал безжизненно.

Им позволили уединиться, чтобы обсудить приговор.

— Я? — Тео удивился. — Мне кажется, это твое право, ведь это тебя он едва не убил.

— А ты спас. Едва ли не ценой собственной жизни. При том, что… — он не договорил.

Но Тео его понял. Рэнду оказалось тяжело смириться с тем, как он ошибся в сыновьях.

— Это сейчас не имеет значения. Я соглашусь с любым твоим решением, — спокойно заметил Тео.

— Теодор… он ведь мой сын. Я не могу приговорить его к казни, — на миг лицо Рэнда страдальчески исказилось.

— Я не настаиваю на казни, — напомнил Тео. — Но я не хочу, чтобы он причинил вред моей семье в попытке отомстить.

Отец задумался, уже полностью владея собой. И предложил:

— Я изгоню его из Рода. Отлучу от мира кадхаи, так что никто не захочет иметь с ним дел. И в качестве страховки он будет носить артефакт, который будет сообщать стражам порядка о каждом его шаге. Это тебя устроит?

— Разумеется, — он кивнул. — А Оливия?

— Разве не ты пострадал от нее? Тебе и решать, — предложил Рэнд.

— Мне безразлична ее судьба, — Тео пожал плечами. — Даже если она избежит наказания.

— Нет. Она соучастница и должна быть наказана. Если тебе все равно, я сам решу, как.

— А у тебя есть идеи? — полюбопытствовал парень.

Рэнд задумчиво посмотрел на сына и кивнул:

— Двадцать лет исправительных работ, думаю, будет достаточно.

Тео изумился:

— Исправительных работ? Какого плана?

Отец усмехнулся:

— Девочке нравилось прыгать из постели в постель ради своей выгоды? Думаю, ей стоит дать возможность реализовать себя в хорошем борделе.

Такого Тео не ожидал. Да, Оливия желала ему смерти и спала с ним вовсе не из любви… Но он не считал ее бордельной девицей. И через двадцать лет такой работы все двери высшего света, к которому она принадлежит по праву рождения, закроются для нее. Судьба ничем не лучше изгнания Мартина.