Книга Запечатлённые, страница 101 – Велл Матрикс

Теодор улыбнулся ласково, осторожно погладив ее по щеке:

— Не беспокойся. Связь устойчивая, здесь все насыщенно моей энергией, ничего не случится, если я отлучусь на какое-то время.

— На какое? — жалобно спросила Кэсси.

— Я скоро вернусь. Не беспокойся, со мной ничего не случится.

Она только кивнула, слабо улыбнувшись. Конечно, он вернется. Кадхаи редко умирают, а он молодой, сильный, ловкий. С ним все будет хорошо. И она его дождется, сколько бы времени это ни заняло.

Собрался Теодор быстро, куда больше времени ушло на прощальные поцелуи. Кэсси никак не хотела его отпускать. Уверяла себя, что ведет себя глупо, но ничего не могла с собой поделать. И все, на что ее хватило, это промолчать, когда из самой глубины ее существа рвалось наружу отчаянное: «Останься!».

Ведь она — тоже его долг, и нечестно заставлять его выбирать.

Ворота за Теодором закрылись, и потянулись долгие часы ожидания. В новостях ни о каком прорыве не говорилось — такие вещи в прессе никогда не освещались. И Кэсси сходила с ума от беспокойства, надеясь, что он скоро вернется.

Но день прошел, миновал вечер и наступила ночь, а Теодор так и не объявился. Не было его и на следующий день, и еще целый день после. А на заре четвертого дня измученная беспокойством и тревогой Кэсси выбежала из дома на лай собак и увидела его, прислонившегося к воротам.

— Теодор! — она бросилась к нему.

Но не успела она обрадоваться его возвращению, как поняла, что с ним что-то не так.

— Здравствуй, — улыбнулся он белыми, словно обескровленными губами.

— Что с тобой? — ахнула она.

— Прости меня. Я пришел попрощаться… Я умираю, Кассандра.

Тео никогда прежде не чувствовал себя так умиротворенно, как в лесном домике Кассандры. Здесь никто от него ничего не требовал; здесь не нужно было казаться сильным или стараться держать лицо. Кассандра не устраивала истерик, не капризничала, не демонстрировала дурное настроение — если у нее такое вообще бывало. Она оказалась неожиданно позитивным человеком, хотя никогда не упускала возможности беззлобно подколоть его. Впрочем, ему и самому нравились их пикировки, чьей целью были не попытки как можно сильнее задеть собеседника, а возможность поупражняться в остроумии.

А еще с ней оказалось очень уютно. Спать, говорить, молчать. Просто быть рядом.

Так странно. Они были уже так давно знакомы, а он никогда прежде не замечал, что рядом с ним есть та, с кем ему может быть по-настоящему хорошо. У них оказалось так много общего, а еще она умела слушать и сочувствовать… без лишней жалости и скрытого злорадства.

За неприметной внешностью Кассандры прятался характер, идеально ему подходящий.

И от мысли, что он мог убить ее, так этого и не узнав, становилось тошно.

А Кассандра точно следовала договору, ни словом, ни делом не упоминая, в чем он перед ней виноват. И единственный упрек, который он слышал от нее — что Тео не помогает ей с уборкой.

Но это его только веселило.

Тео никогда не занимался чем-то вроде уборки, для этого в доме работали специально обученные люди. У него просто никогда не возникало такой необходимости. Но это не значило, что он не смог бы себя обслужить самостоятельно. Просто Тео не понимал этой привычки Кассандры убираться каждый день. О чем ей постоянно говорил в ответ на ворчание. Тео был готов помочь ей — но не взваливать на себя бессмысленную работу, к которой она пыталась его привлечь.