Книга Эликсир счастья, страница 77 – Мария Фир

За окнами село солнце и начало смеркаться. Я взялась растопить камин, потому что в комнате становилось прохладно. Грег сотворил для меня огонёк, зажёг свечи в подсвечнике, а я пыталась перенести трепещущее пламя на сухой хворост. Получилось с третьего раза.

— Хорошая я ученица, граф Грегориан?

— Замечательная, – чуть улыбнулся граф. – Я принесу что-нибудь поесть.

До поздней ночи мы сидели на ковре у камина, время от времени жевали бутерброды с ветчиной и сыром и каждую четверть часа проверяли, как чувствует себя Эйла. Она больше не была похожа на безжизненную куклу, теперь она просто спала. Лишь кончики её пальцев оставались пока прохладными, и я пыталась отогреть их дыханием.

— Поспи, если хочешь, – предложил Грег и поцеловал меня в макушку. – Я не засну.

— Нет, тоже не смогу, – помотала головой я.

Мы ждали так долго, что, казалось, прошла целая вечность. Я склонила голову на плечо Грега и закрыла глаза, а открыла их оттого, что едва различимо скрипнула кровать. Мы оба моментально очнулись от дремоты и бросились к Эйле. Она сонно моргала и удивлённо оглядывалась.

— Где я? – задумчиво произнесла она и поймала мой взгляд. – И что на самом деле спрятано в той коробке?

За прошедшие в томительном ожидании часы мы с Грегом и не вспомнили о посылке ректора Дейнара. Удивительно, что Эйла сквозь морок яда расслышала моё обещание вскрыть коробку. Я помогла девочке усесться и обложила её подушками. Потрогала лоб, растёрла всё ещё холодные пальцы. Граф в это время подбросил дров в почти потухший камин и зажёг все светильники.

— Мы сейчас посмотрим, что там, Эйла. Только сначала ты выпьешь лекарство.

Доктор оставил нам бутылочку с противоядием и наказал давать его пациентке ещё три дня.

— Какая гадость! – сморщилась Эйла, и я тут же подсунула ей чашку с яблочным соком. Она неторопливо, маленькими глоточками, опустошила её и облизнула губы. – Ладно, так лучше.

— Как ты себя чувствуешь? – спросила я, с тревогой всматриваясь в бледное личико девочки.

Признаться, я не так уж часто имела дело с детьми, но вроде бы сейчас жизни Эйлы уже ничто не угрожало. В её тёмных глазах вновь вспыхнули искорки, она любознательно вертела головой и ждала, когда же мы с Грегом исполним обещанное.

Наконец граф осторожно принёс посылку с подоконника, приложился к ней ухом, чуть встряхнул.

— Запечатана магией, – сказал он, разглядывая сургучную печать Академии, скрепляющую края тугой шёлковой ленты.

— Там что-то волшебное? – нетерпеливо заёрзала Эйла.

— Там компоненты для создания лекарства, – пояснила я, а сама сделала Грегу знак вскрывать послание подальше от кровати.

Кто знает, что на уме у ректора? Я боялась подвергать сестрёнку Мэри новой опасности. Граф запустил в печать крошечной молнией, и она испарилась. Коробка с хрустом распахнулась, являя на свет две прозрачные банки – с шерстинками единорога и лепестками луноцвета. Вот только помимо редких ингредиентов внутри обнаружилось письмо. Ярко-алый конверт сам прыгнул в ладонь Грега. Тот быстро вскрыл его и пробежал взглядом несколько коротких строк. Я сидела далеко и видела лишь светящиеся на алом картоне символы, исчезающие тут же после прочтения.

— Что там, Грег?

— Да нет, не может этого быть, – покачал головой граф.