Книга Баба Клава против!, страница 90 – Резеда Ширкунова

— Я не Создатель, а лишь его глашатай, сам себе не принадлежащий! — ответил мудрец и поднялся. — Благодарю за обед, но мне пора в дорогу!

— Погоди, старик, сколько я тебе должен?

— Эх, молодежь! — тяжко вздохнул мудрец. — Все у вас золотом меряется. Дашь в дорогу краюху хлеба да кувшин молока, и на том спасибо!

— Варис, прикажи на кухне дать все, что попросит старик. Хорошей тебе дороги, мудрец!

— Дай Создатель, еще свидимся! — ответил тот и вышел из кабинета, а за ним последовал главный страж замка.

Старец шел и улыбался своим мыслям. «Мальчик влюблен, а что может быть прекраснее в мире, чем чистые, искренние чувства!» Он довольно крякнул.

— Не зря сегодня день прошел, хорошая пара из них выйдет! — пробормотал он. Варис лишь странно посмотрел на мудреца, но спрашивать не стал.

ГЛАВА 31

Клавдия сидела, словно окаменев, уже целый час, взгляд ее застыл в одной точке. Никто не мог вывести ее из этого оцепенения, вызванного кошмаром, разыгравшимся после прибытия крестьян из деревни. К сожалению, это не первый случай подобного рода, поэтому она действовала быстро и четко, отдавая распоряжения, кого куда разместить. Но когда подъехала последняя телега, ее сердце оборвалось: спасать было некого. Целая семья — отец, мать и годовалый ребенок — находились на пороге смерти. Озеро отвергло их, несмотря на все старания Хранительницы.

— Почему? Почему ты так поступаешь? — в отчаянии кричала она, стоя на полосе прибоя. Волны лизали ее ноги, но в их прикосновениях не было гнева, лишь тихая ласка. — Пусть будет по-твоему, если взрослые в чем-то провинились, но ребенок-то в чем виноват? Невинное дитя, которое еще не успело никому причинить зла!

Крик разрывал тишину, в нем звучала вся боль и безысходность. Крупные слезы градом катились по щекам. Она даже не сразу почувствовала, как ее прижали к чьей-то груди. Лишь знакомый аромат ванили и корицы, исходящий от этого человека, немного успокоил ее. Это был Иркан, ее младший брат. Клавдия обмякла в его руках, уткнувшись лицом ему в грудь, и лишь тихонько заскулила.

Иркан, подхватил ее на руки, поражаясь ее невестомости, и отнес в спальню. Там она и сидела, неподвижно глядя в одну точку.

— Они невиновны. Их чистые души уже отправились на перерождение, — услышала она за спиной тихий голос нянечки.

— Тогда почему…?

В ответ раздался тяжелый вздох. В другое время Клавдия бы только усмехнулась, но сейчас ей было не до смеха. Старушка, по всей видимости, все еще отчаянно цеплялась за воспоминая о жизни, потому старалась дышать, словно живая.

— Какой бы могущественной ни была магия озера, у нее есть предел. Если бы их привезли хоть на полчаса раньше…

— Что говорит Селена?

— Все признаки указывают на «Черную смерть»: лихорадка, ломота в теле, головная боль, рвота. А потом становится только хуже, и человек умирает.

— Неужели чума? — прошептала Клавдия, и от собственных слов ее бросило в дрожь.

— Ничего не могу сказать наверняка, дитя мое. Но смертей становится все больше. Руда подтвердила предположение Селены…

— Меры безопасности приняты? Ведь здесь дети!

— Их сразу же, как только привезли больных, закрыли в комнате Берта. Тряпки смочили раствором уксуса с водой и помазали всем под носом. То же самое сделали и с теми, кто находился в доме до их приезда. В домиках больных уже не осталось.