Книга Свобода без корсета, страница 122 – Людмила Вовченко

Та самая.

Которой никогда не улыбаются друзьям.

Она остановилась у входа.

Медленно перевела взгляд на Маргариту.

Потом на Александра.

И только после этого произнесла:

— Надеюсь... я никому не помешала?

Салон ателье сразу стал теснее.

Не физически.

В нём всё ещё хватало места для стола, манекенов, стеллажей с тканями, зеркала у стены и солнечных полос на паркете.

Но вместе с Селиной вошло нечто другое.

Запах дорогих духов с холодной фиалкой.

Шорох идеально выглаженного шёлка.

И то особое напряжение, которое появляется, когда человек пришёл не разговаривать, а расставлять ловушки.

Маргарита спокойно положила газету лицом вниз.

— Мадемуазель Селина.

— Как приятно, что вы меня помните.

— Некоторые люди обладают редким талантом запоминаться.

Селина улыбнулась.

— Надеюсь, это комплимент.

— Как вам удобнее.

Александр стоял рядом с рабочим столом, и его лицо снова стало таким, каким Маргарита впервые увидела его у экипажа: холодным, закрытым, выточенным из тёмного камня. Только теперь она знала, что под этой холодностью не пустота.

За ней — память.

И отвращение к чужим играм.

— Селина, — сказал он ровно. — Зачем вы пришли?

Она чуть повернула голову к нему.

— Как прямо.

— Я научился ценить прямоту.

— У мадемуазель Лакруа?

— У жизни.

Улыбка Селины стала тоньше.

Она перевела взгляд на ткани, лежавшие на столе, на образцы белья, прикрытые полотном, на манекен с черновой основой платья Адель.

— У вас здесь очень… оживлённо.

— Мы работаем, — сказала Маргарита.

— Разумеется. Я не собираюсь отнимать много времени.

— Тогда начните сразу со второго предложения. Первое обычно бывает самым бесполезным.

В мастерской за занавеской кто-то резко втянул воздух.

Скорее всего, Жанна.

Камилла не двигалась, но Маргарита боковым зрением видела, как её рука легла на край бухгалтерской книги. Софи стояла чуть дальше, рядом с ножницами. Лицо у неё было совершенно спокойным.

Очень хорошая команда.

Селина рассмеялась тихо.

— Теперь я понимаю, почему о вас говорят.

— Как быстро растёт моя репутация.

— Не всякая репутация полезна.

— Зато всякая репутация лучше невидимости.

Селина посмотрела на Александра.

— Вы всегда любили женщин с острым языком?

— Нет, — ответил он. — Раньше ошибался.

На этот раз пауза была короткой.

Но очень приятной.

Маргарита мысленно поставила Александру высший балл за лаконичность.

Селина не дрогнула внешне. Таких женщин с детства учили не дрожать, когда их ранят. Но глаза выдали.

Всего на мгновение.

Достаточно.

— Я пришла не ссориться, — сказала она.

— Тем более интересно, — ответила Маргарита. — Обычно люди, которые не пришли ссориться, с этого не начинают.

— Я пришла предупредить.

Александр чуть заметно напрягся.

Маргарита не стала садиться.

Стоя ей было удобнее думать.

— Предупредить меня?

— Вас обеих.

— Обеих?

Селина улыбнулась.

— Вас и мадам де Бомон. Но поскольку мадам Изабель едва ли примет меня утром без официального повода, я решила начать с вас.

— Какое доверие.

— Скорее здравый смысл.

Селина сделала несколько шагов вдоль стола.

Её перчатки едва коснулись края ткани.

Маргарита заметила это движение и тут же захотела убрать шёлк подальше.

Некоторые руки неприятно видеть рядом с хорошей тканью.

— Вечером у графини де Ларош будет не просто музыкальный салон, — сказала Селина. — Будут люди из светской хроники. Несколько дам из благотворительного комитета. И месье Лакруа.