Книга Невеста лисьего клана, страница 37 – Мира Аллен

Ниже, чуть другим наклоном:

«На контрольной смотри на простые вещи. Числа подходят».

Айко нахмурилась, но спрятала листок в пенал.

Урок начался с обычного шума, который постепенно стих, когда учитель математики вошёл в класс с тонкой стопкой распечаток. Господин Танака был невысоким, сухим мужчиной с вечным выражением недоверия к миру. Он положил листы на стол, поправил очки и сказал:

— Сегодня без разговоров. Телефоны убрать. Все сумки закрыть.

По классу прошёл общий вздох.

— Не вздыхайте так трагично, — продолжил он. — Это всего лишь контрольная, а не приговор.

— Для кого как, — прошептал Сота.

Айко нервно улыбнулась. Рэн сидел позади неё молча. Она чувствовала его присутствие — не так остро, как вчера, но достаточно, чтобы не забывать ни на секунду. Амулет под воротником оставался тёплым. Пока терпимо.

Листы раздали по рядам. Айко получила свой, написала имя и посмотрела на первое задание. Нормальное. Вполне решаемое.

Она даже испытала благодарность к миру за то, что хотя бы уравнения оставались уравнениями, а не превращались в послания от духов.

Первые десять минут прошли спокойно. Айко решила два задания, в третьем застряла, потом вернулась к первому и нашла ошибку. Сота, сидевший справа, сосредоточенно кусал колпачок ручки, хотя это было запрещено. Рина впереди листала черновик с видом отчаяния. Рэн за её спиной писал ровно и тихо.

Потом амулет стал горячее. Айко замерла. Ручка остановилась над листом. Она медленно опустила взгляд на задания. Цифры в четвёртом примере дрогнули. Сначала Айко решила, что у неё просто устали глаза. Моргнула. Посмотрела снова. Цифры начали меняться местами. Тройки вытягивались, девятки сворачивались, знаки минуса тонкими чёрными линиями ползли к краю листа. Через несколько секунд вместо уравнения на бумаге проступили иероглифы.

Айко не умела их читать полностью. Но одно слово уже видела раньше.

Ключ.

Она резко вдохнула.

— Морита, — сказал господин Танака. — Что-то не так?

Весь класс поднял головы. Айко сжала ручку. Нельзя паниковать. Нельзя смотреть слишком долго. Простые вещи. Числа подходят. Она заставила себя перевести взгляд на первое задание. Там цифры оставались обычными. Два. Пять. Скобка. Равенство. Простое. Реальное.

— Всё хорошо, сенсей, — сказала она.

— Тогда продолжайте.

Класс снова зашуршал ручками. На край её парты тихо легла маленькая бумажка. Не записка. Уголок от тетради, оторванный так ровно, будто это сделали одним движением.

Почерк Рэна:

«Не читай. Перепиши задачу с доски».

Айко подняла взгляд. На доске господин Танака оставил одно демонстрационное уравнение из начала урока. Оно было другим, но структура похожа. Айко быстро переписала его на черновик, заменив числа из памяти. Пока писала, иероглифы на листе дрожали, будто злились.

Амулет обжигал кожу. Айко стиснула зубы.

— Морита, — снова сказал учитель.

Она подняла голову.

— Да?

— Рука.

Она не сразу поняла. Потом увидела: её левая рука светилась под манжетой. Слабо. Красным отблеском, но достаточно, чтобы это мог заметить тот, кто смотрит внимательно.

Айко быстро положила ладонь под парту.

— Простите. Браслет.

— На контрольной украшения не нужны.

— Я уберу.

Она сделала вид, что снимает что-то с руки, и спрятала запястье в рукав глубже. Сердце билось в горле.