Книга Графиня Харель, страница 211 – Эльза Скарлетт

— Кем интересовался? — задала вопрос Линетта, сидевшая в объятиях Стомиана.

Я прислушалась.

— Неважно. Оно того не стоит, — ответил хмурый Элдрин.

Развеселился Тирел, стал улыбаться и посмеиваться Стомиан, хмыкнул понимающе Тенебрей. Только я ничего не понимала.

— У Элдрина есть прекрасный дар видеть сквозь иллюзии. И мастерски их создавать. Вот парни и ходят к нему консультироваться насчет девушек, злоупотребляющих фантомами.

Я удивленно подняла брови, посмотрев на Элдрина. Тот даже виду не подал, что кто-то о нем говорит. Зачем девушкам пользоваться иллюзиями? Вдруг подумала я.

— Лея, ты — сама неискушенность, — смеялся уже надо мной вампир, видя мои растерянные глаза. — Сколько ты в академии видела полных девушек?

И я поняла, что ни одной.

— Поверь. Они есть. И не только полненькие. Но вместо того, чтобы заниматься собой, предпочитают использовать магию иллюзий, или артефакты изменяющие внешность.

Для меня это было неожиданностью. Я знала, насколько популярны иллюзорные амулеты. Это была одна из основных статей дохода среднестатистических артефакторов.

— Но иллюзии же распадаются через время, — заметила я. — И амулеты действуют не долго.

— Вот, вот! — продолжал веселиться Тирел. — Представь, каково проснуться… или обнаружить в один прекрасный момент, что твоя зазноба страшненькая?

Я вспомнила, что Линетта мне уже говорила, что Элдрин маг иллюзий.

— А насколько реальную можно создать иллюзию? — задала я вопрос.

Элдрин молча повел рукой, и вместо Линетты, уже сидела я. Даже Стомиан дёрнулся. Я поразилась сходством. И постаралась увидеть силовые потоки. К моему удивлению магическая аура была почти естественна для среднего мага, но не для меня. Если приглядеться, можно было в образе увидеть едва заметные магические колебания. Отличия нужно было уметь увидеть.

— Лея, я же не зря тебе говорил, внести в амулеты возможность распознавать друг друга, — заметил Стомиан. — В магических играх тоже часто используют иллюзии. И надо быть к этому готовой.

Элдрин снял иллюзию с девушки.

— Я поняла. Спасибо, — поблагодарила парней, за объяснения и демонстрацию.

А для себя я отметила, что я действительно оказалась немного оторванной от жизни. Я не знала того, что было вполне обычными вещами для остальных. Создавая артефакты для других, и понимая, насколько это востребованная работа, я легко принимала тот факт, что ими пользуется каждый маг. Кто-то накопителями, если дар был слаб, другие — амулетами связи и телепортации, третьи — бытовыми. Определять у кого, какие артефакты есть, надоест через минут пятнадцать, поэтому смысла тратить магию на это было глупо. И если парни предпочитали артефакты нужные в бою и увеличивающие магический резерв, то у девушек самыми ходовыми были артефакты «красоты», позволявшие им не волноваться о бледном цвете лица, потекшем макияже или же помятом платье.

Отправляясь к себе спать, на столе я нашла записку-оригами от Тенебрея. Он написал, о том, чего не мог сказать при всех в гостиной.

В записке содержалась инструкция на завтра. Капитан позаботился о том, чтоб о нашем совместном путешествии никто не узнал.

* * *

В субботу утром, после завтрака, я встретилась во дворе с Кираной. Мы обе вышли за территорию академии. За воротами, в череде всевозможных карет, мы нашли закрытый экипаж черного цвета, без опознавательных эмблем и с кучером в желтом плаще. Возница, каким-то образом узнавший нас, разложил ступеньки и помог забраться внутрь. Карета, задрапированная темными шторами, быстро поехала в неизвестном направлении.