Книга Герцогиня Хардин, страница 34 – Эльза Скарлетт

Дядя, не стал сообщать отцу о том, что со мной случилось, но он первым начал говорить дома, что мне нечего делать в академии, и выдвинул условие, что я больше не буду вообще выходить в город, пока нахожусь здесь.

Линетта замолчала. Она не плакала, но в ее глазах было столько боли, что сердце защемило.

— Даже не представляю, чтобы было со мной, если бы их затея удалась, до конца… В нашем обществе во всем принято винить девушек… По сути он не представлялся моим родителям и не делал официального заявления, что желает ухаживать за мной… Во всем бы обвинили меня. Ведь я сама пошла с ним и не ушла, когда увидела куда меня пригласили. Я слепо верила ему и надеялась на его честность… Так что не могу тебя осуждать Кирана. Я не верю, что ты поступила так по собственному желанию. Ты не такая! И если бы там, в тот вечер, не было Элдрина… Самое неприятное, что меня пытались предупредить о том, что не стоит встречаться с Рифином. Мне присылали записки-журавлики с предупреждениями. Но я не знала от кого они и думала, что это от завистников.

— А кто тебя предупреждал? — спросила я.

Линетта посмотрела в глаза и улыбнулась:

— Стомиан. Он боялся со мной даже разговаривать тогда, ведь я — аристократка, а он — обычный парень. Поняв, в кого я влюбилась, стал слать записки. От меня адептки немного отстали после этого происшествия, а Элдрин присматривал и подбадривал. Записки даже после этого приходить не перестали, но я тогда все еще не знала кто их шлет…

Они были такими… нежными и романтичными. Я долго не верила больше никому. Элдрин познакомил меня, как-то на прогулке с Томом. Стомиан и приструнил всех моих недоброжелателей. А через время я отважилась написать ответ на очередное послание. Мы долго переписывались, прежде чем он открылся мне.

— Какая неприятная и одновременно романтичная история, — пробормотала Кирана. — Я помню, что о тебе долго шептались, но не знала, о чем.

— Да, я храню все записки Тома и сейчас. А вот сегодня поссорилась со своим парнем… Он не хочет, чтоб я пела на новогоднем балу песню, что выбрала. Запрещает мне.

— Так поменяй, — посоветовала Кирана.

— Не хочу. Хочу хоть раз в жизни сделать, что-то безумное и дерзкое. Вопреки всему! Моя жизнь и так сильно правильная.

— А что за песня? — поинтересовалась Кирана.

Я назвала песню Киране, и она теперь смотрела ошарашенно на Линетту:

— Действительно, ты уж решила выделиться!

— Поможешь? — спросила ее блондинка. — Лея, вот точно не откажет…

Я покосилась на подругу. Согласия я так и не дала, надеясь, что Линетта поменяет решение.

— Помогу, но я пою не очень. Я хорошо танцую.

— Отлично! — обрадовалась Линетта. — Значит буду еще и танцевать!

— Да-а, — протянула Кирана. — Когда мне в следующий раз скажут, что я — ненормальная, отвечу, что этот человек еще не видел вас.

— Идемте обратно, — позвала я.

Мы вместе пошли в обратную сторону. Линетта пообещала не оставлять Кирану и бойко повела ее по дороге. А я отправилась в свою сторону.

В гостиной продолжал заниматься Элдрин, а вот Стомиан, как только увидел, подошел:

— Лея, переубеди Линетту петь, или выберите другую песню… Прошу.

Я осуждающе посмотрела на дракона. Сегодняшний разговор с подругами несколько поменял мое мировоззрение. Они по-своему были несчастны и по-своему мечтали о свободе.