Книга Герцогиня Хардин, страница 310 – Эльза Скарлетт

— Риш, знакомьтесь, это мои протеже, адепты столичной академии магии и участники турнира магов. Современные молодые существа и очень выдающиеся маги.

Нас представили по-очереди, тогда как посетители понемногу начали подтягиваться к нам ближе, с жадностью ловя разговор. А пока шла «светская» беседа, мы понемногу двигались дальше. Все же кое-что я смогла оценить в этой «мазне». Одна из картин с нанесенными на нее красками разных цветов, у меня сложилась в образ танцующих в хороводе то ли нимф, то ли дриад, с размытыми от потеков краски телами. Еще одна притянула мое внимание, вырисовываясь в абрис красивой девушки в профиль. И это была, пожалуй, единственная, на мой взгляд, красивая работа.

Мы подошли к следующей картине на которой были изображены красные длинные мазки краски, разбавленные в верхнем углу зелеными пятнами с вкраплениями коричневого и желтого. И тут наша идиллия была нарушена, так как «песец» решил заговорить с нами:

— Как вам мои произведения? Что думаете, лорд Ризгас?

Ну, вот зря он выбрал своей жертвой для беседы об искусстве именно Элдрина. Дроу успевший, тайком от леди Миарани проглотить шестой бокал вина, уже не так «болезненно» воспринимал шедевры творца и даже спокойно отреагировал на вопрос:

— Прелестно! Я впечатлен, мэтр!

Маркиза благосклонно улыбнулась ему, однако зря она раньше времени обрадовалась такой покладистости.

— Вот это полотно, я бы повесил в гостиной апартаментов для гостей родового замка.

— Правда? Вам нравится? — обрадовался художник.

— Еще как! Сразу вспоминаю перевал Шинара королевства Итилиен, где мы в прошлом году проходили практику. Точно так же выглядят кишки горного червя, когда вспарываешь ему брюхо.

— Не, тут еще зеленые пятна есть, — не согласился с ним Стомиан.

Элдрин приподнял бровь, оценивая слова друга.

— Тогда его сначала стошнило съеденными до этого королевскими кирасирами… Мне кажется мои родственники, глядя на эту картину, гостили бы не так долго, как обычно.

Леди вокруг нас немного позеленели и поспешили отойти. Не нашелся, что на это сказать и сам художник.

— А вы, леди Хардин? Вам что-нибудь понравилось? — видимо орк рассчитывал на какой-то положительный отзыв о своих работах.

Я как леди с положенным воспитанием, не могла выразить истинного отношения. Этикет предписывал найти хорошие слова для самой плохой ситуации.

— Мне вот эта картина понравилась, — указала я рукой с бокалом на картину с силуэтом.

— Что ж, леди определенно лучше разбираются в настоящем искусстве, — обиженный на слова дроу сделал вывод орк. — Я вам покажу свою последнюю работу. Идемте…

Нас повели в темный закуток, где стояла закрытая ширмой и без подсветки на пюпитре картина. Орк, хлопнув в ладоши включил подсветку и резко сдернул покрывало.

Подавился, булькнув в бокал, Стомиан. Пискнула испуганно Линетта. Фыркнули подавляя смех Тирел и Элдрин. И даже леди Миарани икнула. Хотя может это от шампанского, которое она хлебнула одним крупным глотком. А я стояла, не зная, куда прятать глаза, так как в этой нише, кроме голых стен и картины, смотреть было не на что.

Картина была разрисована крупными, широкими мазками, сливавшимися между собой и заполнявшими все полотно. И на фоне общей цветастой и пестрой мазни, отчетливо выделялись центральные штрихи, складывающиеся в силуэт мужского… копулятивного органа.