Книга Небесный город, страница 89 – Критика Рао

Услышав знакомый голос, Ахилья, наконец, оторвала взгляд от мужа и посмотрела в сторону пандуса, по которому они поднимались раньше. Рения, Виханан и несколько других горожан, которых она не знала, вместе спускались по склону. В их компании была и сестра Ахильи, несомненно, самая красивая из всех, ее смех, высокий и звонкий, колокольчиком разносился по округе. Ахилья нахмурилась. Тарье, как и самой Ахилье, делать в Академии было нечего. Но Ахилью, по крайней мере, пригласили.

— У них в Академии учатся дети, – сказал Ираван в ответ на невысказанный вопрос, проследив за ее взглядом.

У старшего сына Тарьи, Куша, способностей к траектированию не было. Возможно, сестра сопровождала своих друзей в надежде, что однажды они появятся у Арта. Поэтому она была здесь? Ахилья знала, что Академия регулярно проводит встречи с гражданами-родителями, информируя их о вероятности развития способностей к траектированию у их ребенка. До нее дошли обрывки разговора, подтвердившие ее подозрения.

— …по-настоящему служить ашраму…

— …однажды достойно…

Плечи у Ахильи закаменели от напряжения. Рот Иравана сложился в жесткую линию. Он слышал,помнил ссору, которая предшествовала его семимесячному отсутствию, их спор о том, чтобы завести собственных детей, опасения Ахильи, что может родиться ребенок, который не будет способен траектировать. Она хотела пошевелиться, чтобы попрощаться с ним, уйти отсюда, прежде чем они снова поссорятся, но Ираван протянул руку.

— Подожди, – сказал он. – Пожалуйста…

Она остановилась и оглянулась через плечо.

Но в этот момент глаза Иравана расширились от шока, и на лице появилось то же самое выражение, как в джунглях перед началом земной ярости. Он открыл рот…

Земля под ногами Ахильи треснула от оглушительного грохота. Сердце у нее подпрыгнуло к горлу.

На мгновение она с ужасом увидела, как губы мужа выкрикивают ее имя…

Падая, Ахилья закричала.

— Ахилья! – взревел Ираван, когда поляна вокруг него погрузилась в хаос.

Земля пошла трещинами, закружилась пыль, крики и кашель эхом разносились в воздухе. Инвалидное кресло Иравана заскользило прочь от расширяющейся дыры без его команды. Он почти вошел в Момент – на леденящую душу секунду ему показалось, что он это сделал, и тут же у него перед глазами вспыхнул серебристый Резонанс. Он с трудом подавил желание вернуться туда. Ираван закашлялся, лихорадочно ища Ахилью в клубящейся пыли.

На том месте, где она только что стояла, зиял небольшой провал, над которым поднимались и опадали микросферы земли. Пыль забила нос, осела в горле. Из других провалов в шоке вылезали студенты-архитекторы, крича от испуга. Кто-то из старших оттаскивал в сторону младших. Самые маленькие были в слезах, и даже Младшие архитекторы выглядели потрясенными, а их полупрозрачные мантии были покрыты толстым слоем пыли.

Однако на вид все они казались целыми и невредимыми.

А вот другие горожане исчезли без следа.

«Нет, – подумал Ираван, и сердце у него упало. – Нет, нет, нет».

Земля снова пришла в движение. На разрушенной поляне раздалось еще больше криков, когда архитекторы начали разбегаться в разные стороны. В центре образовалась воронка, куда волнами устремилось с десяток маленьких провалов, ползущих вниз мимо ошеломленных архитекторов. Провалы объединились, увеличив воронку, которая уже превратилась в земляной кратер. Туда хлынула вода, заполняя его, будто ашрам пытался исправить ошибку до того, как ее заметили.