Книга Небесный город, страница 45 – Критика Рао

— Выше, – крикнула она. – Мне нужно снять показания на зрачках и оценить его слух.

Он кивнул, и его золотистый налобный фонарь и сине-зеленый свет траектирования подпрыгнули. Возник вихрь, который понес ее вверх, мимо складки на шее, откуда рос бивень, пока она не оказалась на уровне глаз. Она увидела свое отражение в натуральную величину, но искаженное.

Ахилья ахнула.

В глазу якши блеснул странный узор, как будто вокруг радужной оболочки появилось больше колец. Ахилья сжала ретиноскоп. Приводимый в действие с помощью траектирования Иравана, тонкий аппарат размером с ручку зажужжал у нее в руках. Она помахала им перед зрачком животного, как маяком. Якша и глазом не моргнул.

— Ахилья, – крикнул Ираван снизу. – Здесь что-то не так. Думаю, я понял, почему джунгли кажутся такими странными. Почему они препятствуют моему траектированию.

Она посмотрела вниз, но он отошел на несколько футов. Виден был только его тусклый сине-зеленый свет, движущийся маленькими кругами сквозь траву. Ахилья заменила ретиноскоп глазным рефрактором. Схватив рефрактор, она повторила движение, размахивая им несколько мгновений.

— Это те же виды, которые мы используем для проверки безопасности… – крикнул Ираван. – Но почему они не… – он замолчал, и напряжение в его голосе стало осязаемым.

Ахилья прекратила свои дела и посмотрела вниз, нахмурившись.

— Что ты имеешь в виду… – начала она, но спираль, удерживающая ее в воздухе, резко опустилась на несколько футов, выбив из нее дыхание.

Сердце громко застучало. Она схватилась за край созданной растениями спирали и, задыхаясь, посмотрела вниз. Теперь она видела Иравана, скорчившегося среди сорняков, далеко от нее. Глаза у него были расширены от ужаса.

А затем ее спираль разрушилась, а листья и ветви, взорвавшись, разлетелись.

Ахилье казалось, что она падает очень медленно. Ей хватило времени, чтобы увидеть, как рядом с ней падает Оам с искаженным от ужаса лицом. Ей хватило времени заметить, что она кричит. Она успела заметить, как Ираван широко раскинул руки, и увидеть, как устремляется вверх зеленая земля.

Ахилья пронеслась сквозь ливень из листьев и коры и упала на что-то мягкое, пружинящее. Перед глазами у нее все поплыло, левый локоть заныл.

Она приземлилась на скользкий мох и теперь медленно поднималась.

Ираван стоял в нескольких футах от нее, все еще пылая, как факел, в темноте джунглей. Он стиснул зубы от напряжения, а глаза практически вылезли из орбит. Он размахивал руками, но движения казались вялыми.

Оам тоже приземлился на подушку из мха. Ахилья упала на колени, поскользнувшись на мхе, и злость взяла верх над страхом.

— Чертовы гнев и ярость, что за… – начала она, но Ираван прервал ее резким голосом.

— Потерял контроль.

— Ты, черт возьми, шутишь?

— Нам надо уходить, – отрезал он. – Вы оба. Подойдите ко мне.Быстро.

— Что? Мы пока не собираемся уходить, мы приехали сюда с миссией!

— Чертовы гнев и ярость, Ахилья, – сказал Ираван, поворачиваясь к ней, все еще окруженный высокой травой. – Вы должны подойти ко мнесейчас. Я сдерживаю это из последних сил.

Он кивнул головой в сторону травы. На каждом стебле быстро вырастало по несколько игл, торчавших почти как наконечники стрел.

— Смотри. Это магнарут – великий корень. Тот же вид, что растет в храме и сообщает нам, когда нельзя приземляться. Если существует опасность, он становится упругим и выбрасывает иглы.Посмотри на него.