Книга Небесный город, страница 145 – Критика Рао

— Я напугал тебя.

— Я солгала тебе.

Он отстранился, качая головой, протестуя против ее извинений, и их губы встретились. Она ощутила вкус пыли, одиночества и разбитого сердца, но он крепко сжал ее, как будто земля под ними все еще колебалась, и она была его единственным спасательным кругом.

Когда он отстранился, Ахилья наклонилась, чтобы сократить разрыв, но Ираван снова покачал головой, приподнял ее подбородок костяшками пальцев и одарил ее слабой улыбкой.

— Нам так о многом нужно поговорить, – сказал он.

— Ты чертовски прав, нужно, – тихо ответила она, но его взгляд мелькнул мимо, выражение лица изменилось, и Ахилья замолчала.

Мягко оттолкнув ее, Ираван встал. Глаза у него были красными от слез, но что-то в нем закрылось. Она тоже встала, обернулась и увидела, как к лестнице приближаются три женщины-советницы. Ахилья схватила его за руку.

— Что случилось? Там – с Бхарави?

Ираван взглянул на нее сверху вниз.

— Тебе нужно пойти к Тарье. Рассказать ей… о Бхарави. Будет лучше, если она услышит про это от тебя.

— Я не оставлю тебя.

— Ты должна. Пожалуйста. Туда, куда иду я, тебе нельзя… Прости…

Ахилья попыталась возразить, но в глазах Иравана снова появилось страдание. Он обхватил ее щеку мозолистой рукой. Его прикосновение было очень нежным, как будто он боялся причинить ей боль.

— Верь мне, – сказал он, и она поняла, что его мужество на исходе.

Ахилья неохотно отстранилась и кивнула.

Она выскользнула с лестницы и снова вернулась во внутренний двор главного храма, когда на лестничную клетку вышли три советницы и начали спускаться. Ираван поправил мятую грязную одежду. Взгляд у него стал жестким – казалось, он пришел к какому-то решению. Он быстро посмотрел на Ахилью, но не улыбнулся. Он изучал ее лицо, но у Ахильи возникло ощущение, что на самом деле он видит кого-то другого. Затем лестница закрылась, и Ахилья снова осталась одна в погруженном в хаос храме.

Ее пальцы коснулись губ. Она вздрогнула, когда рыдания Иравана эхом прозвучали в ушах. Он выглядел таким отчаявшимся, такимодиноким, изучая ее лицо, как будто это было лицо незнакомки. Она знала, что ей нужно делать, она уже приняла решение.

Ахилья медленно сосчитала до двадцати. Затем, оглянувшись назад, взмахнула браслетом из бусин рудракши, который подарил ей Ираван, и кора раздвинулась, снова открывая лестницу. Она молча спустилась, следуя за приглушенными голосами советников.

Голоса советников доносились до Ахильи почти мгновенно.

— …даны указания, – говорила Киана. – Лаборатория собирает отчеты от остальной части ашрама.

— Хвала гневу и ярости, что ты вовремя ее остановил, Ираван, – хрипло прозвучал голос Чайи. – Еще несколько минут, и дерево рудракши раскололось бы.

Воцарилось напряженное молчание. Ахилья прижалась спиной к стене. Она спустилась на последнюю ступеньку и, осторожно выглянув из-за угла, увидела четыре темные фигуры, освещенные гелиотехническими светосферами. Советники стояли в каком-то помещении, которое выглядело как изогнутый коридор. Пока Ахилья наблюдала, к ним присоединилась еще одна фигура.

— Она спит, – устало сказал Айрав. – Но ей придется отсечь способность траектировать сегодня вечером. Онаобошла защиту камеры смерти, и я не уверен, что ее сможет удержать клетка смерти, несмотря на многослойные силовые поля. Я поставил как минимум дюжину архитекторов, которые обеспечивают их работу в помещении под садом. Но побоялся разместить их рядом с ней, чтобы она не нашла способ избавиться от них траектированием. Никогда не видел столько силы.