Книга Как укусить вампира, страница 71 – Лена Тулинова

— Про возню в магическом мне тоже было бы интересно узнать, — проговорил Безруков. — А вот вы, Мор Адрианович, сдаётся мне, действительно уже всё давно поняли, только не хотите говорить.

— Мне нравится, когда ученики додумываются до ответа на загадки сами, — сказал Карабашев.

Дина слегка насупилась. Кому понравится, когда тебя сравнивают с какими-то зелёными юными студентами?

— Хотя ты-то уж, Пьер, мог и понять, в чём тут дело. Разве вы не видите, что на самом деле происходит? Лучезарск достаточно близко к Аврории, и неудивительно, что и в этот раз нарыв назревает именно здесь.

— В этот раз? Нарыв? — спросил Пётр Николаевич, хмуря удивительно красивый лоб.

— Ты же застал прошлое перерождение государя и помнишь, как это было, — сказал Карабашев. — Должен помнить.

— Знаете, я всё-таки не люблю загадки. О чём вы ведёте речь? — спросила Дина.

— Мне нравится эта барышня, она не признаёт экивоков, намёков и хождений вокруг да около, — заметил Мор Адрианович. — Вы, Дина Владимировна, очень молоды, но тем не менее наверняка получили неплохое образование, не так ли? Великая Империя держится за своих магов…

— Получила, — сдержанно ответила Дина. — Но я спросила не об этом.

— Опыты над людьми, особенно алхимические, запрещены вовсе не из этических соображений. Верхушке магического сообщества нет дела ни до морали, ни до этики. Они запрещены потому, что цели у этих опытов уже полтора столетия одни и те же. Либо познать способ перерождения, которым пользуется император, либо найти, как прервать эту цепь.

— А Пётр Николаевич стал жертвой такого опыта? — замирая, спросила Дина.

Замер и Безруков.

— Весьма неожиданный вопрос, — произнёс он.

— Но всё-таки, — настойчиво сказала Дина.

— Вне всяких сомнений, Пьер так раз такая жертва, что несколько роднит его с пойманной вами химерой. — улыбнулся Карабашев. — Впрочем, он и сам уже догадывается, что находится в шаге от окончания этого опыта. Который и так слишком затянулся.

— Опять загадки, — сказала Дина разочарованно.

— Если Пьер захочет, он расскажет вам, — улыбнулся Карабашев.

— Позже, — сказал Безруков. — Ночь скоро закончится, так что нам пора. Я провожу вас, Дина.

— Да зачем. У меня отличная коляска, отвезу сначала барышню, затем тебя, — сказал Мор Адрианович. — Кстати, вот моя карточка, Дина Владимировна, дайте мне знать, когда условитесь посетить вашего дедушку. С этим лучше не затягивать.

— Постараюсь не затягивать, — отчеканила Дина.

«Иначе и сама изведусь от любопытства!» — добавила она про себя.

Оставшуюся часть ночи Дина провела в полицейской управе. Бессменная Катерина, которая, как оказалось, жила тут же в пристрое, отвела девушку в комнатку, похожую на кладовую. Там Катерина, зевая и кряхтя, развернула складную парусиновую кровать со скрипучими пружинами, дала подушку и одеяло. Дина сняла мундир, юбку и ботинки и уснула, как только улеглась. Ни похрапывание Катерины за тонкой стеной, ни поскрипывание пружин ей помешать не могли.

Однако разбудили её довольно рано, около восьми.

— Вставай, девонька, — сказала Катерина, бесцеремонно входя в комнатушку. — В управление за тобой приехал какой-то советник Одинцов, требует немедленно. Кажется, он и дома у тебя уже побывал, такой сердитый.

Дина кое-как умылась и стала собираться, досадуя, что блузка помялась и уже несвежая, юбка не почищена у подола, ботинки пыльные, а волосы на голове торчат как пучок пшеничной соломы. С трудом соорудив подобие причёски и нахлобучив сверху фуражку, девушка в раздражении посмотрела на своё отражение.