Книга Как укусить вампира, страница 45 – Лена Тулинова

И вновь предложил опереться на свою руку. Дина сомневалась только две или три секунды, ровно столько, чтобы восстановить сбившееся вдруг дыхание. Безруков перехватил её руку, протянутую, чтобы опереться на него, и вдруг припал к запястью над перчаткой губами.

Ну всё, сейчас укусит. Дина замерла, гадая, больно будет или нет. Страха не было совсем, ну вот ни чуточки, только любопытство. И драться с Безруковым не хотелось. Может быть, такова была вампирская магия: говорят ведь, что кровососы обладают невероятным обаянием и запросто парализуют волю жертвы, а не то — внушают ей вожделение.

Хотя и вожделения не было, скорее Зорина ощутила прилив бодрости и сил.

— Ну вот, — сказал Безруков, отпуская руку своей «жертвы». — Теперь можно и на вампира пойти. Кстати, что вы знаете о вампирах, Дина Владимировна? Пока на нас ни один ещё не напал, так что есть время для расспросов. Спрашивайте всё, что заблагорассудится!

— Вы не перестаёте шутить, — упрекнула девушка, хотя сама же дала разрешение на шутки.

— Почему? Сейчас я очень серьёзен. И на удивление не могу нарушить вашу просьбу, как будто вы меня закляли, — сказал Пётр Николаевич. — Мы можем прогуливаться дальше по набережной или пройтись по дворам, вдруг повезёт и мы изловим какую-нибудь по-настоящему ужасную нежить. Но пока ходим, я действительно могу поведать немало занимательного из жизни вампиров.

— Вы называете это жизнью? — не сдержалась Дина.

Её раздражало то, что не поймёшь: всерьёз он говорит или нет. Какой-то невероятно ироничный тон, словно всё для Безрукова было комедией.

— Я существую, — сказал Безруков.

Они поднялись на набережную, и в свете фонарей Дина увидела, что он всё-таки действительно не в порядке. Она с трудом подавила вскрик. Кожа на лице была в самом деле обуглена, под челюстью даже слезала неаккуратными клочьями. Прогуливаться в таком виде было бы не слишком осмотрительно, они могли привлечь внимание, тем более — оба в мундирах. Но вампира это, кажется, не особенно смущало. И Дина задала свой первый вопрос:

— Как быстро вы регенерируете, если не выпьете сейчас крови?

(1831 год)

— Я хочу проверить, насколько быстро ты регенерируешь, — сказал Цыбашев энергично. — Ты готов?

— Разве к такому можно быть готовым? — уныло спросил Пьер. — Открывайте.

— Подожди. Скинь-ка рубашку, — приказал монстролог.

— Будь на вашем месте кто другой, — сказал Безруков, подчиняясь и оставаясь в одних лишь брюках, — я бы решил, что вам нравятся эти пытки.

— Конечно, — кивнул Цыбашев. — Когда ещё представится возможность отомстить вампирам в твоём лице за всё, что было?

— А что было? — спросил Пьер. — Вы никогда не рассказывали о прошлом.

— Да пустое. Глаша, открывай ставни! — Натан Ростиславович крикнул это как можно громче, чтобы прислуга точно услыхала распоряжение.

Они были на его даче. У профессора дача была куда как лучше, чем квартирка, где он обитал, и странно, что сюда так редко наведывались.

Глаша распахнула ставни на единственном оконце маленькой комнаты в самом дальнем конце уютного особняка. Солнечный свет, проникавший сюда и при закрытых ставнях, заставлял Пьера только слегка морщиться: кожу саднило. Теперь же, когда лучи так и хлынули в комнату, он не удержался и вскрикнул.