Книга Драконий призыв или злодейка поневоле, страница 117 – Мила Юстус

— Вот как? — судя по побледневшем лиц, радости это у неё не вызывало. — И кем же вы приходились друг другу?

— Он тот, кто поспособствовал моему появлению здесь, — вздохнула Дила и сдавлено добавила: — Мы решили оставить прошлое в прошлом и начать всё с чистого листа в этом мире. — Она порывисто поднялась и протянула руку Сорифу. — Ну что, братец, пойдём.

Тот не проронил ни слова и покорно принял её ладонь. Пока они о чём-то продолжали говорить, я оцепенело взирал на того, кто помог мне заполучить Истинную. Но важным нюансом оставалось то, что он являлся убийцей моей суженой, и рассудок никак не мог определиться с тем, как к нему относиться.

Ситуацию спасло появление Хафара с Висарией. Они опустились и я поспешил к ним, принимая магические камни и необходимые травы. Племянник принял человеческий облик и в тот же момент раздался ошарашенный вопль Чуждой Души, непривыкшей к местным реалиям.

— Что с ним? — озадаченно поинтересовалась Висария и пришлось соврать:

— Сориф полностью утратил память, для него всё выглядит странно и неправдоподобно, — старательно лгал, пытаясь сохранить тайну Дилавии. — Позже, отвезите его к герцогам, пускай позаботятся о сыне.

— Хорошо, — кивнул Хафар и задумчиво продолжил: — Надо же, ситуация выглядит так, будто к нему пришла расплата за попытку убийства сестры.

Невольно удивился проницательности племянника.

— Возможно, так и есть, — пробормотал тихонько.

И вправду создавалось впечатление, словно за действия ответил не только Сориф, но и Степан, отнявший жизнь Истинной. Наверное, мне стоило бы порицать его и ненавидеть за ту боль, что он причинил ей, да только осознавал, если бы этого не произошло, мы бы никогда не встретились. Лицемерить откровенно не хотелось.

Погрузившись в тяжёлые размышления, принялся чертить символы и раскладывать на них травы и камни. На всё ушло не так много времени, хотя, вовсе не это волновало меня. Душевное спокойствие Дилавии заметно нарушилось и я боялся продолжать ритуал.

— Может всё-таки лучше отложим? — подошёл к ней.

Истинная внезапно прильнула ко мне и прижалась щекой к груди.

— Со мной всё в порядке, Эминир, — вдруг улыбнулась она. — Признание Стёпы сначала шокировало, а потом осознала, что смерть стала залогом нашей встречи. — Её глаза заглянули в мои. — Разве есть смысл в жизнь, если в ней нет тебя? — Дожидаться ответа не стала. — Давай поговорим об этом, после всего. Так что мне нужно делать?

Ничего не оставалось, как повести её за собой. Мы с ведьмой встали в центры алхимических символов: она — добровольного отзыва проклятья, а я — прощения. Дилавия же находилась между нами и протянула к нам по веточке священной Весании — редкого очищающего дерева, о котором и просил отца Хафара.

Силы Истинной мгновенно наполнили энергией символы и связали все составляющие в одну нерасторжимую цепь. Она принялась озвучивать слова заклятья, а мы по очереди добавляли необходимые части, один — прощая, а вторая — разрушая тёмную магию.

Внезапно алхимические символы ярко засияли и по нам прошёл чистейший свет, знаменуя благополучное завершение ритуала. Не выдержав, бросился к Дилавии и она устало прижалась ко мне, лишь сейчас открывая насколько тяжелым для неё стал обряд.

— Ну что, наверное, пора навестить короля, — усмехнулась мне Истинная.