Книга Предвестница беды 2, страница 78 – Натали Лансон

Рейвен хищно улыбнулся уголком губ:

— Нам не нужны доказательства для суда. Нам нужно его остановить. И у меня есть идея... рискованная.

Он подошёл к двери и проверил магические печати на ней.

— Ты должна сделать вот что…

***

Тьма в подвале была густой, почти осязаемой. Она пахла сыростью, застарелой пылью и чем-то ещё... сладковатым, металлическим. Запахом власти. Запахом того, что не принадлежит этому миру, но может быть вырвано из него по праву сильнейшего.

Балтус Криос любил этот запах. Здесь, в своей лаборатории, вдали от суетливых глаз отца и пьяного бреда старшего брата, он чувствовал себя по-настоящему живым.

Бал аккуратно переставил колбу с кипящей жидкостью с одной горелки на другую, следя за тем, чтобы пламя под ретортой было ровным, синим. Жидкость внутри меняла цвет с ядовито-зелёного на глубокий, бархатный чёрный.

— Почти готово.

«Дориан... – мысль о брате вызывала лишь брезгливую гримасу. Балтус склонился над столом, добавляя в варево три капли вытяжки из корня мандрагоры. Жидкость зашипела, выплюнув облачко едкого пара. – Этот напыщенный идиот даже не понимает, какой подарок судьбы держит в своих потных ладонях. Принцесса Веридана! В его руках – ключ к абсолютной власти. А он? Он пьёт вино и пускает слюни на её декольте, как дворовый кобель».

Балтус взял пипетку и капнул одну каплю готового зелья в пробирку с кровью. Кровь мгновенно свернулась, превратившись в чёрную, сморщенную горошину.

«Идеально. – Молодой лорд удовлетворённо кивнул сам себе. – Смерть от естественных причин. Никто не заподозрит яд. Слишком тонко для этого увальня. Он просто однажды не проснётся. Или его сердце остановится прямо на глазах у отца, во время очередной дегустации коллекционного пойла. Ни один целитель не сможет выявить этот яд. Это будет... красиво».

Но Дориан был лишь досадной помехой на пути к главной цели. Его смерть – крайняя мера.

Старик Маркел... Отец. Герцог Криос. Человек, чьё имя заставляло когда-то дрожать половину королевства. Вот, кто представлял угрозу.

Но Балтус знал его слабое место.

«Папуля... – Балтус вытер руки о кожаный фартук. – Его слабость носит юбки и пахнет дорогими духами – мамочка Элиана».

Он вспомнил мать: её холодное лицо, высокомерный взгляд, её тайные визиты к молодому лорду Гвинесу, а теперь тайные возлежания с рабами-магами, пока отец отсутствует в крепости.

«Отец слеп. Он видит в ней свою личную безупречную богиню, а не гнилое нутро, которое ничем не лучше пороков Изары. Нужно лишь подтолкнуть папеньку к прозрению. Показать ему правду так, чтобы он не смог её игнорировать. Когда Элиана падёт, отец сломается. Он потеряет опору. Возможно, даже его сердце не выдержит удара – без всякого применения яда. И тогда... тогда я возьму то, что принадлежит мне по праву умнейшего из сыновей».

Балтус усмехнулся, но тут же нахмурился.

Долгожданное получение титула слишком быстро померкло перед тем, что занимало все его мысли последние месяцы. Перед тем, что заставляло его руки дрожать от более жгучего предвкушения.

Кира.

Бал видел её сегодня в коридоре. Она шла так легко, словно плыла над грязным полом этого замка. В ней не было этой спесивой надменности Элианы или животной похоти Изары. В ней была сила. Та самая сила, которая заставила Эрика Морталиса принять её в род. Та сила, которую Балтус чувствовал всей своей сущностью, даже не будучи магом.