Книга Белая ворона на факультете Теней [книга 1], страница 53 – Оксана Гринберга

Ну и в-четвертых, а также в-пятых и в-шестых – раз уж я поступила в Темную академию, мне здесь внезапно понравилось, а из меня даже полезла Темная магия, то пришла пора тут обживаться.

Хотя бы до тех пор, пока меня не прикопают под кустом.

Поэтому я решительно поднялась с кровати, вытряхнула из сумки учебники, а вместо них положила дневник.

Да, он мог довести меня до белого каления, но при этом служил отличным защитником. С его помощью я могла просто и доходчиво объяснить любому, что Лирьен Астер руками трогать нельзя.

— Зачем ты берешь с собой эту штуку? – полюбопытствовала Вендис.

— Это мой дневник, и я с ним не расстаюсь, – сказала ей. – Знаешь ли, люблю записывать все, что со мной произошло. К тому же на нем стоит охранное заклинание, так что никому не советую его открывать.

И улыбнулась многозначительно, намекая, что и ей тоже не стоит.

После чего мы все-таки отправились на плац, по дороге разговаривая на самые разные темы. Но с Вендис оказалось вовсе не так легко и просто, как с Аленорой, и причина была в том, что я чувствовала ее странность.

Она казалась мне иной. Слишком необычной даже для Академии Темных Сил.

Да, конечно же, любой мог указать на меня и заявить: не тебе об этом судить, Светлому мотыльку, непонятными ветрами занесенному к Темным магам.

Но дело в том, что природа инакости Вендис отличалась от моей. При попытках понять, что с ней не так, у меня начинала кружиться голова, хотелось сглотнуть, а потом бежать от моей соседки куда глаза глядят.

Но я не побежала.

Заявила себе, что вчера мне хотелось убраться из этой академии, зато сегодня, смотрите-ка, я спокойно хромаю по тенистым аллеям сада. И пусть на нас с Вендис пялятся все кому не лень, но эти взгляды больше не кажутся мне смертельно опасными.

Я понимаю, что никто не выпьет мою магию, потому что обломает об меня зубы.

Так что и к Вендис я тоже постепенно привыкну.

А та Тьма в ее глазах – скорее всего, это банальная мигрень, которая протекает у магов таким вот странным образом. Иначе Вендис не приняли бы в столичную академию, а рядом с ее именем и фамилией в формуляре не стояла бы… красная точка.

И правда, странное совпадение, о котором я засобиралась расспросить Вендис, но оказалось, что мы дошли до плаца. Третьекурсники начали выстраиваться перед пустующей трибуной, и соседка, махнув мне напоследок, отправилась к своим.

А я осталась чуть в стороне, где предполагалось место для зрителей.

Пятый курс к этому времени еще не появился, зато пришел декан Веласкес. Но вместо того, чтобы взойти на трибуну, он направился прямиком ко мне. Наверное, хотел всыпать мне по первое число за то, что я прогуляла Введение в Монстрологию, но при этом явилась на плац…

Тут Вендис его заметила, после чего передумала идти к своим. Резко развернувшись, она подбежала к нам.

— Декан Веласкес, – понизила моя соседка голос, – как же хорошо, что я смогла вас застать! Меня зовут Вендис Морвейн, и я из академии… Ну, вы сами знаете откуда!

— Да, мисс Морвейн, – он уставился на нее черными глазами, – я в курсе, из какой вы академии. В чем же ваш вопрос?

— Скорее, это просьба, – улыбнулась она. – Я бы хотела… Прошу, поставьте мне в кураторы Шейнара Корвина, потому что он… Я уже знаю, что он, как и я, тоже пережил попытку прорыва Врат. Мне кажется, Шейнар Корвин поймет лучше остальных, что со мной иногда происходит.