Книга Бывшие. Во власти злейшего врага, страница 37 – Екатерина Гераскина

Мать езе более побледнела, пошатнулась.

— Керран, не будь так суров с матерью, — вмешался отец. — Я думаю, что это всё просто отвратительное стечение обстоятельств. Почему эта девочка… женщина не пришла к тебе и не сказала, что ждёт от тебя ребёнка? Почему столько времени она не появлялась и появилась только сейчас?

— Потому что ей сейчас понадобились наши деньги, — зло отрезала мать.

— Бред! Сдаётся мне, она и дальше продолжала бы молчать о детях, если бы они сами не пришли ко мне, — заступился за кошку. — Потому что, когда она ворвалась ко мне, она искала их. Не меня.

— И как они нашли тебя? — спросила мать.

— Это всё Тьма, — ответил за всех отец. — Она привела их к отцу. Им нужно было получить крещение в Источнике. Обязательно. Это пятилетняя церемония. Нужно познакомиться с девочкой, — продолжил он. — Узнать, как она живёт, кто она вообще…

— И соответствует ли она нашей семье и нашему положению, — добавила мама. А я полоснул ее жёстким взглядом.

— Не тебе говорить о положении, — холодно ответил я. — Она моя Избранная. Она мать моих детей. И мне всё равно, кто она — крестьянка, горожанка или обычная поломойка.

— Но, Керран, — возмутилась мать, — я ведь только договорилась о проверке леди Орель на Источнике. Она, скорее всего, тебе подойдёт. Она очень хорошо переносит нашу Тьму.

— Мама! — рыкнул я.

— Адель, что ты сейчас такое говоришь?! — вмешался отец. — У нас уже есть невестка!

Я шагнул ближе.

— Я предупреждаю тебя сразу. Если ты решила сделать невыносимой жизнь моих детей и моей Избранной — я не пожалею твоих чувств. Более того, ты меня больше не увидишь. Я не позволю тебе затравливать девчонку.

А про себя подумал, что наказывать и приручать эту чёрную бестию — исключительно моя прерогатива.

Я видел, как недовольна мать. Но мне было всё равно. Я уже взрослый мальчик. Да и родители из них были, мягко говоря, так себе: сплавили меня сначала в одну военную школу, потом в другую. Истинная холодная и тёмная леди и такой же равнодушный отец.

Я таким быть точно не хотел! Вот прямо сейчас в эту минуту я решил, что буду лучше их! А кошка мне поможет!

— Судя по тому, как вы занимались моим воспитанием, мои дети ничего не потеряют. И свои деньги, которыми вы будете от них откупаться, можете сразу засунуть себе в зад…

— Керран! — возмутился отец. А мать оскорбилась.

— Ну, вы меня поняли. Либо меняете линию поведения с внуками. Даёте им то, чего я был лишён. Либо вообще не приходите. Видеть ваши каменные лица не желаю. И да — завтра нас тут уже не будет. А сейчас я жду клятву.

Отец быстро принёс клятву. А вот мать сделала такое обиженное лицо, словно я оскорбил её до глубины темной души.

Ну что ж. Это её выбор.

Еду принесли как раз после заключения клятвы. Я подхватил поднос и пошёл в своё крыло. Я переступил порог. Моя семья спала. Боги! Как же это непривычно. Но вместе с тем такое тепло разлилось в груди. Связь между нами текла и пульсировала.

Я закрыл покои Тьмой, поставил поднос на прикроватную тумбочку, аккуратно проверил раны под бинтами. Кошка лишь слегка дёрнулась. Смотреть на её забинтованные лапы и бок с повязкой было тяжко.

Марк так и не обернулся — лишь сонно дёрнул лапой. Мия тоже крепко спала в своём пышном розовом платье.

Я прошёл в гардероб, взял одеяло, укрыл их троих. Снял камзол, отбросил его на кресло, снял обувь и забрался на кровать с другой стороны.