Книга Двуликий бог, страница 187 – Мэл Кайли

— Оставь меня одного, — наконец, раздражённо и зло выдохнул бог огня, не поворачивая головы, точно меня не существовало вовсе. Я горько улыбнулась, но не двинулась с места. Какая ирония: я так долго, так страстно ждала его пробуждения, а теперь своенравный ас казнил меня ледяным безразличием. Я вздохнула.

— Я прошу позволения остаться, повелитель, — негромко, но твёрдо произнесла я в ответ и снова сделала тихий незаметный шаг к его ложу. Локи полусидел в постели, скрестив руки на груди и легонько постукивая гибкими пальцами по своему плечу, будто что-то обдумывая, — ибо я покину твои покои, только если стража силой выволочет меня отсюда. Но я буду сопротивляться, — с доброй усмешкой добавила я. От меня не укрылось, как на мгновение дрогнули в намёке на улыбку желанные губы, но тут же лицо мужа вновь стало строгим и хмурым. Он молчал. То ли его утомил шум и суматоха слуг, то ли не столь страстно он желал остаться наедине со своими мыслями, но стражу он так и не призвал. Это немного обнадёжило моё трепещущее сердце, и, осмелев, я продолжала:

— Каждый свой день с той страшной ночи я проводила подле твоей постели в мучительном несносном ожидании. Скучала так, что казалось, лишусь рассудка. И вот ты здесь, со мной, однако твой ледяной тон и осуждающий взгляд способны раздавить, уничтожить… — я мягко опустилась рядом с ним, коснулась кончиками пальцев руки чуть выше локтя. Локи нетерпимо дёрнул плечом. — Каждый в твоём чертоге подтвердит правдивость моих слов. И если ты намерен и дальше губить меня своей отстранённостью, то я, по крайней мере, хочу понимать, чем заслужила такое отношение?..

— Трогательная верность, — помолчав, наконец, ядовито заметил Локи, и глаза его сверкнули неясной мне обидой. Я с сожалением и грустью взглянула на него. К чему был этот глупый фарс, особенно после такой долгой и страшной разлуки? Ведь он и сам был несчастлив и не рад той нерушимой преграде, что молниеносно возвёл между нами. Почему он закрывался от меня, что пытался утаить?.. — Довольно странно, что при этом, очнувшись в гордом одиночестве, я застаю тебя у постели другого мужчины.

— Ты ревнуешь, мой вспыльчивый Локи? Серьёзно? — едва сдержав неуместный смех, воскликнула я. Всё вмиг стало ясным, как высокие прозрачные небеса над кроной Иггдрасиля. Невыносимый гордец увидел меня подле Эйнара в самый неловкий и неподходящий момент, и теперь ревность и ярость пожирали его изнутри! И как только я могла не догадаться сразу? Но кто бы подумал, что высокомерный бог обмана мог принять случайного стражника за равного себе в моих глазах? Это было так нелепо, так фальшиво! Понимающе улыбнувшись, я попыталась переубедить супруга:

— Неужели ты правда думаешь, что мой взор может быть устремлён на кого-то ещё, когда я жизнь готова положить за тебя, мой повелитель? В ту ночь, полную унижения и отчаяния, я готова была броситься на острый клинок, лишь бы сохранить верность тебе одному, а ты считаешь, что глупый благодарный мальчишка может потеснить в моём сердце великолепного и желанного бога огня? Ты верно бредишь… — вздохнув и сокрушённо покачав головой, я осторожно прошла ладонями по постели, по-кошачьи прогнув спину, приблизилась к мужу и нежно коснулась губами его лба. Локи был так пьяняще близко, что сердце в груди снова набирало жаркий темп, и я не смела вздохнуть, не смела поднять трепетавших ресниц, боясь быть отвергнутой.