Книга Двуликий бог. Книга 2, страница 79 – Мэл Кайли

Служанка вышла, ещё раз коротко поклонившись и растирая по ладоням остатки ароматного масла. Двери затворились, и мы остались одни. По мне вновь прошёлся такой взгляд, что тело бросило в жар. Когда он смотрел на меня так выразительно и бесстыдно, земля уходила из-под ног, а я теряла власть над собой. Локи молчал и лукаво улыбался. Не подошёл, а скорее проплыл ко мне — такими плавными и грациозными выглядели его движения, таким он выглядел расслабленным и спокойным. Я знала: всё это показное. Внутри него бушуют огненные ураганы, сметающие всё на своём пути. Бог обмана остановился за моей спиной, опустил ладони в масло и коснулся моих плеч, сжал их так, что я глухо простонала — от наслаждения и в то же время от боли. Пальцы мужчины дрогнули, он сделал глубокий вдох, склонился к моему уху.

— Ты выбрала неумелую служанку, чтобы снять усталость, — мягким, чуть хриплым голосом произнёс он, щекоча кожу горячим дыханием. Сильные властные пальцы снова сомкнулись на моих плечах и шее, разминая напряжённую плоть. Чем больше подрастал наш малыш, тем большая тяжесть ложилась на мою несчастную спину. Я стала утомляться быстрее и нуждаться в приятной заботе Асты. — Она тебя только гладит, ласкает, но не помогает, не ставит спину на место, — пальцы Локи стали жёстче, настойчивей. Они разгоняли кровь по телу, вправляли кости и ткани, что причиняло мучительную боль, однако и дарило облегчение, поэтому я терпела и не сопротивлялась рукам мужа. — Конечно, это безумно сексуально, но… — протянул Локи, сбиваясь на шёпот, жаркие губы коснулись моей шеи, затем ещё и ещё — чувственно, откровенно, смело. — Впрочем, никаких «но». Невыносимо сексуально и всё тут, — голос супруга пропал. Вместе с ним пропадала и я, хотя боль и приводила в чувства.

— Даже не думай об этом, лукавый сластолюбец, — усмехнувшись, парировала я. Не нужно было быть особенно проницательной, чтобы догадаться, к чему клонит изобретательный и избалованный женским вниманием супруг. — Я не стану ни с кем делить тебя… Никогда, — добавила тише, схватив губами воздух — жаркие поцелуи, отвлекавшие от жестоких движений рук, лишали меня власти над собой. Локи из всего умел сделать акт любви, даже мучение обернув в удовольствие. Возбуждение нарастало, и чем сильнее мы оба противились ему, тем больше страдали. На последних месяцах лекарь стала непреклонна и настаивала на воздержании с тем упорством, которое в обычной жизни редко проявляла, будучи женщиной хитрой и гибкой. Так и вышло, что это был единственный раз, когда ребёнок не связывал нас, а разделял.

— Разве речь обо мне?.. — рассмеялся Локи, не отнимая губ от моего плеча, и его точное замечание заставило меня покраснеть. Быть может, вожделение застилало мне ясность ума, но его невысказанное предложение начинало казаться мне очень заманчивым. Однако я всё равно не могла принять его в ближайшее время, тогда к чему было лишний раз дразнить и мучить собственное воображение?

— Зачем ты пришёл? — собравшись с духом, поинтересовалась я, запрокинув правую руку назад и запустив её в мягкие густые волосы супруга, тем самым останавливая лишавшие самообладания поцелуи. Я понимала, что любой запрет только сильнее разжигает в Локи огонь, становится лишним стимулом, соблазном, и стоит мне поддаться, он и не вспомнит ни про предупреждения Хельги, ни про вред, который может ненароком причинить ребёнку. Но я не могла позволить себе такой роскоши в отличие от него.