Книга Брак ради мести. (не) Растоптанная жена, страница 22 – Анна Кривенко

Дуня развернулась, побледнела и в ужасе уставилась на того, кто это сделал.

Я приподнялась на локтях, прищуриваясь, всё ещё вздрагивая от боли. Лицо горело огнём.

И в этот момент я увидела Игоря Степановича.

Он стоял посреди двора, тяжело дыша, как будто едва сдерживал ярость. Его взгляд метался между мной, валяющимся узелком и побледневшей Дуней, которая начала дрожать и заикаться:

— Господин, я... Это... Это... Ваша мать, она... Она приказала мне. Она... Я ни в чём не виновата!!!

— Уволена! — процедил Игорь Степанович, глядя на неё с яростью. — Я не оставлю в доме прислугу, которая за моей спиной слушается кого-то ещё.

Девица открыла рот, как будто хотела что-то возразить. Упала на колени и начала умолять, верещать, просить милости, но молодой человек гаркнул:

— Вон! Иначе будет что похуже. И не смей более переступать порога этого дома, потому что я не потерплю предательства! А братцы твои немедленно отправятся в темницу. Пошла прочь!

Я смотрела на его ярость в ужасе. Всё становилось на свои места. Понятно, почему он сейчас вступился. Потому что гордость Игоря Степановича не позволяла ему смириться с тем фактом, что слуги послушались его мать, а не его лично. Он спасал вовсе не меня.

Но сейчас он увидит мой узелок — и пиши пропало. Следующей грушей для битья стану я.

Пока он изгонял нерадивых слуг, я поспешно приподнялась, мучаясь от боли в боку, и кинулась к своему свёртку. Может, удастся просто скрыться... ну не знаю... как мышь в норе...

Но не успела я прижать к себе вещи, как он уже схватил меня под локоть.

— А с тобой мы отдельно поговорим, — процедил муж и потащил меня обратно в дом.

Я была ужасно напугана. Поняв, что шанс на побег тает с каждым мгновением, я вырвалась, остановилась и отчаянно прокричала:

— Я требую, чтобы вы немедленно меня отпустили! Я требую развода! Сейчас же! Мне не нужен ни такой муж, ни такой дом, ни ваши деньги, ни всё ваше благо, ни фамилия — мне ничего не нужно!

Игорь Степанович смотрел мне в лицо горящим взглядом. Некоторое время он ничего не говорил, а потом произнёс:

— Не будет этого. Когда-то к тебе тоже взывали о милости — но ты отказалась ее подарить. Будешь пить эту чашу до самого дна. Я так понимаю, ты собралась сбежать? Да, спасибо за напоминание, что мне стоит усилить охрану. Пойдём!

Он снова схватил меня за руку и потащил за собой. А я, исполненная глубочайшего отчаяния, думала о том, что у меня должен быть какой-то выход. Он должен найтись во что бы то ни стало!

Значит, побег не вариант. Ничего не выйдет.

Однако позиция мужа говорит о том, что козни матери не достигли своей цели. Служанка уверяла, что Игорь Степанович откажется от жизни со мной. Но он был твёрд. Да и слуг, которых взяла в оборот Александра Викторовна, он выгнал с позором. Значит, она проиграла.

Но и я в выигрыше себя не чувствую.

Меня без церемоний заперли в комнате. Но ни ругаться, ни каким-либо образом унижать меня Игорь Степанович не стал. Наверное, занят. Мчался прочь, как заведённый. А я, вся дрожа, присела прямо на пол, схватив свой вожделенный узелок и прижав его к груди.

Не знаю, радоваться мне или огорчаться. Я не рада, что меня вернули. Но, вспоминая исполненное ужасом лицо Дуньки, чувствовала удовлетворение. Жаль — этого мало. Хотя в её глазах, наверное, случилась катастрофа. Она не только лишилась работы, но и пригретого места в постели хозяина.