Книга Личный секретарь Его Высочества, или спасибо за развод, дорогой!, страница 148 – Римма Кульгильдина

Проклятые слепцы. Они считали, что Элен можно разменять, как монету.

— Вы построили свой хлипкий план на том, что исчезновение леди никто не заметит, — я позволил себе растянуть губы в ледяной улыбке. — Что мне будет всё равно, кто сидит в приёмной за этим столом.

Я склонился над сидящей на полу заговорщицей, и та попыталась отползти от меня подальше.

— Роковая ошибка.

Я повернулся и пошёл к двери, чтобы отдать распоряжение гвардейцам. Игра ещё не окончена. Теперь мне нужно было расставить ловушку так, чтобы ни одна мышь не проскочила меж прутьев.

Элен Лерхенфельд Я снова куда-то бежала. Жёсткие ветки цеплялись за платье и пытались удержать. Под ногами хлюпала грязная вода, а со всех сторон меня окружал беспросветный туман.

Самым правильным было бы остановиться и попытаться разглядеть, где я нахожусь.

Только я точно знала, что должна идти и не останавливаться. Но туман становился всё гуще. А ветки цеплялись все злее и злее. Мне казалось, что я слышу злорадные шепотки и ничего хорошего они не говорили.

Странное чувство гнало меня вперёд. Бежать хотелось всё быстрее и быстрее. Словно я опаздывала. Словно могла не успеть. Словно…

Тонкие ветки превратились в чьи-то пальцы. Они вцепились в волосы, рвали платье, хватали за ноги.

Ужас, животный страх скрутил мои внутренности в твёрдый узел, и я закричала:

— А-а-а-а!

Дикий хохот раздался в ответ. Со всех сторон. Он оглушил меня. Я заткнула руками уши и всё равно пыталась идти вперёд, но ноги проваливались: сначала по щиколотку, потом выше.

— Кассиан, — прошептала я чьё-то имя, как заклинание, и почувствовала прилив сил.

— Кассиан! — закричала что есть силы и...

… села на кровати, распахнув глаза.

Сердце неистово колотилось в груди, отдаваясь частыми ударами в висках. Ладони взмокли и липли к прохладному шёлку простыней.

Я судорожно глотнула воздух, пытаясь прогнать остатки кошмара. Тонкий аромат трав. Знакомый привкус лёгких благовоний. Тишина. Но не та, зловещая, из сна. А тёплая. Мягкий, далёкий перезвон. Чуть слышный треск поленьев в камине.

Я медленно повела головой в сторону этого звука.

Огонь плясал за ажурной решёткой и отбрасывал на стены трепетные тени. Тяжёлые, плотно задёрнутые шторы не пропускали свет. Отблеск огня выхватывал из темноты знакомые очертания: резное изножье кровати, глубокое кресло, стоящее рядом, и туалетный столик, где поблёскивали стеклянные флаконы.

Тепло привычной обстановки заботливо обволакивало меня, отгоняя озноб. Одна из комнат в апартаментах Лоренцо.

Дрожащей рукой я провела по лбу, восстанавливая дыхание и пытаясь прогнать из себя холод, что, казалось, въелся в кости во время безумного бега. Во сне? Наяву?

Я закрыла глаза и покачала головой.

Осмотрела себя и поняла, что я в чистой, новой сорочке.

Дверь тихо отворилась, и в комнату скользнула тень.

Я напряглась сначала, но потом, скорее нутром почувствовала, чем увидела, что в комнату вошла Анна.

Она зажгла тусклые светильники, и я благодарно вздохнула. Яркий свет сейчас бы резал глаза. Дрожь отступала. Стук сердца выравнивался.

Анна поспешно подошла к кровати и приложила к моему лбу прохладную ладонь, пахнущую лавандой и немного полынью.

— Как ты себя чувствуешь? — негромко спросила она, с беспокойством всматриваясь мне в глаза.