Книга Личный секретарь Его Высочества, или спасибо за развод, дорогой!, страница 123 – Римма Кульгильдина

Я всё ещё чувствовал тонкий, еле слышный аромат фиалок, кончиками пальцев ощущал доверчивую мягкость податливого тела.

«Каким идиотом нужно быть, что выпустить такую птичку из своих рук?» — размышлял я, в сотый раз начиная читать донесение, и снова сбивался на воспоминания о своём свободном дне.

Тогда я позволил себе беззастенчиво обнимать её. От этих воспоминаний мои губы непроизвольно расползались в улыбке. Сколько времени уже прошло, а желание снова прижать её к себе не проходило. Только усиливалось.

«Определённо этот паршивец Лерхенфельд недалёкий человек, — подумал я и вздохнул, — Или нет?»

Я вспомнил нашу встречу. Тогда, когда столкнулся с ним на балу посла Вердании. Его взгляд — сначала нахальный, а потом заискивающий. Как быстро он растворился в толпе, стоило только мне появится.

А потом ещё та женщина. Как её? Лиорель…

Я повернул голову и уставился в окно.

Сквозь узкое стрельчатое окно можно было разглядеть хмурое осеннее небо. Свинцовые облака, низко повисшие над землёй. Раннее утро. Ничего общего с солнечной погодой, что царила ещё недавно.

Холод. Морось. Бесконечное ожидание снега.

Верхушки голых деревьев тыкались ветками в мрачный небосвод, как слепые котята в поисках еды.

«А если он неглуп и это всё действительно сложная, длинная многоходовка? — в сотый раз подумал я. — Или всё-таки стечение обстоятельств?»

Клэрмонт работал над этим делом уже несколько дней. Первым делом скрупулёзно проверил Софи. Помощница Верховного Стража была чиста и, на самом деле, встретила Элен случайно, а так как накануне от меня сбежала очередная секретарша, предложила подруге эту должность.

И Элен не должна была появиться в той кофейне. Изучая донесения Клэрмонта, я поражался насколько хрупка была грань, что отделяла её от падения. Когда стало известно в каких трущобах она должна была оказаться по плану её бывшего мужа, меня охватила ярость. Мне захотелось сломать челюсть этому ничтожеству, который посмел обречь её на такую участь.

Но моя девочка решила не подчиняться судьбе. И в этом была вся Элен.

Я улыбнулся и перевёл взгляд на отчёт.

После того как Клермонт вплотную занялся Вольдемаром Лерхенфельдом, с каждым днём стали всплывать все новые и новые интересные подробности.

— Ты меня не слушаешь, — раздался рядом голос брата. — В каких облаках ты летаешь, хотел бы я знать. М-м-м… дай угадаю…

Я посмотрел на Таддеуса.

Тот сидел, развалившись в кресле и с интересом меня разглядывал. С трудом сдерживая улыбку, он упёрся локтями в подлокотники, соединил пальцы домиком и приложил их к подбородку. В глубине его зрачков плясали веселые искорки.

— Давай-ка я перечислю, — начал говорить Таддеус, приподняв иронично бровь, — вчера ты дал своей секретарше свободный день.

Я хмыкнул и устроился в кресле поудобнее.

— Она много работала в эти дни, всем нужно отдыхать, — парировал я и тоже поднял бровь, скопировав его выражение лица.

Таддеус усмехнулся.

— Ты поделил своих магических птичек, и теперь часть из них работает с ней, — продолжил улыбаться брат, — это единственное исключение на моей памяти.

— Элен прекрасно справляется, и вся внешняя переписка теперь идёт через неё. Отправить ей в помощь птичек, разумное решение, — ответил я. — У меня появилось время на более сложные задачи.