Книга Рагу для медведя, страница 26 – Вадим Фарг, Ольга Риви

Она провела рукой ниже, по его плечу, спускаясь к предплечью. Туда, где под тканью скрывались шрамы.

— А ты заматерел, Миша, — её голос изменился. В нём появились те самые хриплые нотки, которые я слышала вчера. Она с ним заигрывала. — Стал жёстким. Раньше ты был намного мягче. Помнишь? Я могла вить из тебя верёвки.

Меня обожгло ревностью. Мне захотелось ворваться туда и выплеснуть этот чертов горячий кофе прямо на её идеальную блузку. Эта стерва не стеснялась даже своего аудитора. Но я заставила себя стоять. Мне нужно было видеть, что сделает он.

Миша медленно, с брезгливостью, словно снимал с себя гусеницу, взял её руку двумя пальцами и убрал со своего плеча.

— Лена, — сказал он спокойно, глядя ей в глаза снизу-вверх. — Я никогда не был мягким. Я просто был контужен.

— Контужен? — она удивлённо моргнула, потирая руку, которую он отбросил.

— Твоей глупостью и любовью, — пояснил он. — И своей верой в то, что у тебя есть хоть капля совести. Но контузия прошла. А иммунитет остался. Так что убери руки. Ты пачкаешь кофту. Она чистая, Марина стирала.

Лена отшатнулась, как от пощёчины. Её лицо перекосило.

— Хорошо…

— Кхм-кхм, — громко кашлянула я, толкая дверь ногой.

Все головы в кабинете повернулись ко мне.

— Кофе, — объявила я, лучезарно улыбаясь и вплывая в кабинет.

Я поставила поднос на единственный свободный край стола, прямо поверх каких-то важных схем.

— Марина Владимировна, — прошипела Лена, мгновенно собираясь и натягивая маску железной леди. — Вы очень не вовремя. Мы тут обсуждаем тюремный срок вашего…друга.

— Да что вы? — я подошла к Мише и встала рядом, положив руку на спинку его стула. — И сколько дают нынче за покупку стройматериалов по скидке?

В этот момент главный аудитор, сухой мужичок в очках с толстыми линзами, подал голос. Он оторвался от ноутбука, поправил очки и посмотрел на Лену с видом человека, который собирается сообщить, что Земля всё-таки круглая, и это очень неудобно.

— Елена Викторовна… — проскрипел он.

— Что? — рявкнула она. — Нашли? Сколько там недостача? Миллион? Два?

Аудитор замялся. Он снял очки, протёр их платочком и снова надел.

— Видите ли… Тут такое дело. Мы проверили склад и бухгалтерию. Сопоставили с личными записями Михаила Александровича, которые он нам предоставил.

Миша сидел с абсолютно непроницаемым лицом, но я чувствовала, как его плечи мелко подрагивают. Он веселился.

— И⁈ — Лена уже почти визжала.

— Всё сходится, — развёл руками аудитор. — Копейка в копейку. Даже, я бы сказал, с избытком. На складе учтён каждый гвоздь. Каждая лампочка пронумерована. По топливу сходится до литра. По стройматериалам остаток соответствует. Продукты… тут вообще чёрт ногу сломит в вашей номенклатуре, но по весу всё бьётся.

Он посмотрел на Мишу с невольным уважением.

— Михаил Александрович вёл двойную запись. Электронную и дублирующую бумажную. С графиками износа, прогнозом потребления и коэффициентами амортизации. Придраться не к чему. Юридически всё чисто.

В кабинете повисла тишина. Я посмотрела на Мишу. Он подмигнул мне.

— Я всё-таки учёный, Марин, хоть и бывший, — тихо сказал он мне. — Я привык работать с ледяными кернами, которым миллионы лет. Там ошибка в полградуса меняет историю климата планеты. Ты правда думала, что я не смогу посчитать лопаты и вёдра?