Книга Матриархия, страница 60 – Павел Давыденко

— Вообще, мы ж сами не это... - Рифат дернул кадыком, - не знаем как там и чего. Ну, толком непонятно, как там что работает, от чего зависит. Почему она не взбесилась, Оля.

— Взбесилась? - я изогнул бровь. В висок тычется упрямая боль. Неприятно как. - Или может, обратилась?

— Да ты ж понял, о чем я, - пожал плечами Рифат. Они переглянулись с Юрцом.

— Что-то вы от меня скрываете. Может, это вы как раз решили избавиться от нее? А?

— Нет, ты чего! Ром, ну за кого ты нас держишь?

— Ни за кого я вас не держу. Что эти бравые хлопцы теперь будут с нами делать, а?

— Из разговоров я понял, что у них есть какой-то главный. И что он как раз и будет решать.

— Я думал, главный - это тот хриплый чувак, - сказал я и отлепился от стены.

— Архип? Ну, он главный здесь, в городке. И вроде есть более козырный тип.

— Архип? - поморщился я. - Что за имя... И откуда ты все знаешь, а? Рифатик? Что-то ты чересчур подкован в вопросах местных головорезов.

— Я умею слушать, в отличие от тебя. Вот и все.

Я потрогал бок - болит. Сукины негостеприимные дети! Пересчитали все ребра.

Мысли о том, что сейчас вся банда, во главе с хриплым Архипом производит некие действия с Олей не шла у меня из головы. Они все выдумали, какой там к чертовой матери главный! Просто, решили поразвлечься с молоденькой девушкой.

Ублюдки.

И ничего нельзя сделать.

Я встал и заходил по «камере». В общем-то, оычная комната, с маленьким, как в некоторых туалетах, окошком. Даже если разбить его, то не вылезешь. В комнате прохладно, но сухо. Ведро в углу, чтоб «отправлять естественные надобности», обрывки обоев на стенах - так, лохмотья.

Подошел к стене. Отпечаток, даже рисунок ладони виден.

Кого-то тут держали, до нас.

И сейчас он вряд ли разгуливает на свободе.

Может быть, они его мучали, истязали, и вот теперь у них появилось целых четыре игрушки, одну из которых можно...

Хватит об этом. Перепачканные кровью стены еще ничего не доказывают. Меня вон стукнули легонечко, в общем, а из носа вдруг хлынула кровь.

Кстати, впервые такое. Помню, на катке упал и рожей приложился об лед, так и то хоть бы хны. Наверно, иммунитет ослаб, в последнее время мы чем питались? Правильно.

— Что ты там нашел, Ром? - спросил Юрец. - Да ты не переживай. Они с нами ничего не сделают, им нужны бойцы, я уверен.

«Ты-то уж боец знатный», - хотел сказать я. Но промолчал.

Еще и блокнот мой забрали. Сейчас бы хоть порисовал.

Почему люди так любят отбирать смысл твоей жизни? Почему любят обрывать крылья твоим желаниям, твоей музе?

Я присел напротив Рифата и прислонился к стене.

Даже если нас и отпустят - что будет дальше, и есть ли смысл жить вот так, бегать, скитаться? Это же инстинкт подгоняет, подстегивает иллюзии, в которых мы жили до этого. Да, я еще надеялся, что все вернется на старые места, или что новый мир примет хоть подобия привычных очертаний.

Родных нет. Старые друзья или далеко или мертвы. Последнюю девушку - и то забрали.

Энергия переполняет, охота вырваться из этой клетушки и действовать. Но нужно сидеть и ждать, когда там соизволит прийти некий главный и что он там предложит. Если он такой же, как Архип, то каши мы с ним не сварим.

Ну почему я так люблю думать? Нет бы просто, затупить в одну точку, как Юрец. Или всхрапнуть, как Рифат. Проклятие прямо какое-то.