Книга Остров звезд, страница 127 – Анджей Ласки

Я встал, натянул рубашку, еле поймав второй рукав. Парни, а нам точно надо куда-то ехать? Кажется, вчера Илья обещал показать нам Маяк…

Господи, что ж так тяжело…

Мы погрузились в машины и отчалили из отеля, кажется, так тут правильно говорить. Подняли якорь, оттопорщили паруса и направились на встречу с попутным ветром.

Раздался звонок. Я шарил по карманам, силясь найти телефон, но никак не получалось. Растолкал парней, думая, что он завалился куда-нибудь за диван. Но не тут-то было. Мой телефон играл со мною в прятки. Ах, ты ж, говнюк! От самого тихого до самого громкого звука. И только после этого я обнаружил его в руке.

Я открыл глаза, рядом Синтия. За окнами чернела ночь. И только что алеющей полоской окрасился горизонт океана.

— Да, – я подавил зевоту.

— Кейси, я даже не буду извиняться за столь поздний звонок. Но ты меня должен обрадовать, – мистер Шорт начал тараторить. – Впрочем, как и я тебя!

— Да пошел ты, – я сбросил вызов и перевернулся на другой бок. Я и без тебя все знаю.

И то ли ночное видение меня мотивировало, то ли я сам собрался с мыслями. Но весь следующий месяц я не давал парням спуску.

Я ведь и сам прекрасно понимал, что значит творческий человек – моя жизнь была тому примером. Можно было и дальше ныть о своей никчемной судьбе, продолжать пить и всячески нагонять депрессию. Ведь таких как я даже раздавленный домик улитки слишком деморализует и выбивает из колеи. Шаг влево, шаг вправо, и река уныния уносит тебя на своих волнах. Поэтому однажды я твердо решил, что хватит. Тур так тур, и даже ночные бредни по поводу Острова звезд меня не очень смущали. Авось, пронесет. Махнув рукой, я оставил это где-то на краю сознания.

Часы тикали, мы заполняли их работой. Что останется после меня, какая история – победителя или побежденного – вот что было действительно важно.

Я вложил всего себя в новые песни. И как у марафонца, вдруг, у меня открылось второе дыхание ближе к финишу. Точнее, ближе к старту. Одна песня была лучше другой. «Следуй за мечтой» – тот еще старый хлам, который не устоит перед новьем.

Что ты будешь думать, если меня вдруг завтра не станет?

Что почувствуешь ты? Что скажешь, наконец?

А если я превращусь в звезду и улечу далеко-далеко,

Будешь ли ты меня ждать и смотреть на яркий свет в ночи?

Эта песня будет открывать наш сет-лист. Когда я писал ее, вспоминал тот разговор с Синтией. Порылся еще немного в голове, достал оттуда несколько рифм, сложив на листке новую песню. Вот так и надо – все уже есть внутри, надо только знать, где взять.

А моя башка, скажу я вам, представляла огромную библиотеку с большими шкафами, где на полках стояли слова. Так и видел, как иду по длинному коридору между ними и собираю нужные. Потом я садился за рабочий стол, раскидывал их и тасовал, словно карты, собирая различные комбинации. Тут было все: каре, флеш, стрит, фулл-хаус и, в идеале, флеш-рояль. Тогда было очевидно, что песня удалась. Даже не так – родился хит!

Лишние, оставшиеся после кропотливой работы слова я вновь собирал, но не выбрасывал, нет – аккуратно расставлял их обратно по полкам. Кто его знает, может быть, пригодятся в следующий раз.

Спустя месяц альбом был готов. Моими стараниями. Да, тот самый грандиозный альбом, который так хотел Вуду. Все по классике – двенадцать треков в нужной стилистике. И с текстами порядок. Ни один критик не придерется, что, мол, Кейси свернул с накатанной дороги, ушел в другую сторону и заново придумал рок-н-ролл. Ни разу, не могу дать себе такой вольности. Я есть я, и этого не отнять. И «Блудный сын» в своем великолепии. Наверное, сам Бог водил моей рукой, записывая строчки и рифмы. А что еще надо? Свечку только что в церкви поставить за талант и без того признанного гения.