Книга В поисках Сары, страница 83 – Дэниел Сверен-Бекер

Я пообещала Маркусу завершить сериал достойным финалом. Я заверила Дэйва и Джанет, что оправдаю доверие их семьи. И я должна была дать Феликсу шанс реабилитироваться. Более того, я отчаянно хотела, чтобы он увидел меня в другом свете. Все это зависело от того, найду ли я Сару.

Я вернулась к тому, что знала наверняка и в чем не было сомнений: Сара вернулась к школьному автобусу за рюкзаком, после чего ее никто не видел. Никаких объяснений, никаких доказательств, никаких подозреваемых – ничего. Полная бессмыслица. Именно так. В этом деле ничто не имело смысла, и именно это отсутствие смысла было его главной и определяющей характеристикой.

Я что-то упускала. Мы все что-то упускали.

Чем больше я думала об этом, тем ближе подходила к выводу: поиски ответа нужно начинать с Дэйва. Его поведение, его манера держаться, начиная с момента нашей первой встречи, не поддавались объяснению. Я не могла понять, что именно он сделал – был ли он монстром? мошенником? – но знала, что именно на нем мне нужно сосредоточиться. Кто он и что скрывает? Я решила копнуть глубже.

Я открыла ноутбук и села за стол. За тот самый стол, где совсем недавно сидела, привязанная к стулу, на котором остались царапины от стяжек.

Я начала собирать все известные факты, которые могла найти о Дэйве Парселле. И через пять минут зашла в тупик. По какой-то причине этот человек практически не оставил цифрового следа. Ни аккаунтов в соцсетях, ни упоминаний в «Гугле», ни судимостей, никакой публичной жизни, казалось бы.

Я была в отчаянии.

А потом проклюнулась мысль. Я множество раз видела Дэйва в «Инстаграме», «Фейсбуке» – везде. И только теперь до меня дошло, что это были не его аккаунты. Это были аккаунты Джека. Джек – типичный одиннадцатилетний мальчишка, помешанный на технологиях. Его соцсети представляли собой почти ежедневную хронику жизни его семьи. Я открыла их все в разных вкладках и принялась изучать.

Я листала и листала, уходя на годы назад. Повседневная жизнь семьи Парселлов проступала все четче, вместе со всеми их специфическими привычками. Утренний фирменный гардероб Джанет, ее худи-оверсайз и пушистые розовые тапочки. Дэйв по выходным, его постоянная борьба с одним конкретным водостоком на крыше. Мероприятия Сары, на которые таскали Джека, ее концерты и соревнования по легкой атлетике.

Я делала заметки. Мой блокнот для записей начал напоминать детективную доску в полиции, на которой преступники соединены красными нитями. И постепенно в тумане общей неразберихи формировалась и приобретала очертания идея, точнее, пока еще догадка, игнорировать которую я уже не могла. Я продолжала рыться в цифровых хлебных крошках. Некоторые из множества постов выходили на первый план, обретая особую значимость.

Фотография в «Инстаграме», где Дэйв, Джек и Сара стоят у палатки в лесу.

Твит, где Джек жалуется, что пропустил открытие сезона «Балтимор Ориолс», потому что его отец занимался своим «секретным проектом» с Сарой.

Фотографии в «Фейсбуке» с убитой горем Джанет в самом начале этой истории и другие, но через две недели – на них она же, но с уложенными волосами и аккуратным макияжем.

Колесики в голове закрутились быстрее. Я продолжала кликать и кликать. Мне вдруг захотелось вернуться и пересмотреть то вирусное видео, с которого все началось: Дэйв и Джанет в прихожей, стоят обнявшись, оба в слезах, обещают быть сильными и поддерживать друг друга. Такой трогательный эпизод… Но я поняла, что он должен быть больше, чем тот ставший вирусным отрывок.