Книга Разрешаю умереть, страница 128 – Питер Джеймс

— Когда определитесь с выбором гроба, – сказал Томас Гринхейзен, – подумайте, не стоит ли положить в него любимую игрушку или книжку Бруно. Также, если позволите, детей обычно хоронят в повседневной одежде. Наконец, обдумайте цвет оборки. Обычно выбирают кремовый, но мы в силах предоставить оборку любого цвета. За скромную дополнительную плату.

Он кивнул, являя собой воплощение фальшивого сочувствия, как отметил Грейс. Он вспомнил услышанные однажды слова: «Научись изображать искренность, и с остальным проблем не будет».

— Ну хорошо, мистер Гринхейзен, спасибо, – прервал Рой процесс продажи услуг, – мы с женой обдумаем предложенные варианты.

— Да-да, конечно, с решениями подобного свойства торопиться не следует.

— Несомненно, – подтвердил Грейс.

Мистер Гринхейзен поднял идеально мягкую ладонь – очевидно, не касавшуюся черенка лопаты могильщика.

— Должен лишь сказать, что у нас в городе, к моей большой печали, всегда имеется очередь на подобные церемонии и места их проведения, так что чем раньше вы и миссис Грейс определитесь, тем быстрее мы все зарезервируем – разумеется, с оглядкой на разрешение коронера.

— Ценю вашу заботу, – ответил Грейс, уязвленный таким напором, – но вряд ли Бруно куда-то спешит. Вы на его месте спешили бы?

В поисках ответа Гринхейзен смущенно шевельнул губами.

— Конечно… то есть… ну конечно… Главное, не торопитесь. Важность этих решений трудно переоценить.

— Да, – подтвердил Грейс. – Трудно.

На глаза навернулись слезы. Он встал, обменялся рукопожатием с хозяином кабинета, дрогнувшим голосом поблагодарил его и отвернулся.

6 сентября, пятница

В начале второго Рой и Клио вернулись домой, где их встретил Хамфри с очередным экспонатом коллекции изжеванных и растерявших набивку мягких игрушек в зубах. Он вилял хвостом, но умереннее обычного. Грейс присел и обнял пса.

— Принес мне подарок, дружок? Ну спасибо.

Хамфри выплюнул безглазого медвежонка, в прошлом принадлежавшего Ною, и бросил на Роя подавленный взгляд. Что-то почувствовал? Грейс вдруг вспомнил, как на прошлый день рождения Клио подарила ему книжку, сборник рассказов под названием «Как говорить с собакой о смерти». Может, пес и впрямь понимал, что Бруно больше не вернется?

Из гостиной донесся писк, звон, треск и какое-то ворчанье. В манеже Ной развлекался с игрушкой, умевшей издавать всевозможные звуки.

Краем глаза Грейс заметил, как приближается Кейтлин.

— Я подумала, что вы захотите перекусить, – ласково произнесла она с калифорнийским акцентом, – поэтому приготовила салат с тунцом. А в морозилке нашлись рогалики, и я их подогрела. Ничего не рассказывайте. Я понимаю, каково вам. Просто знайте, что я рядом и всегда приду на помощь.

— Спасибо, – произнесла Клио. – Насчет перекусить ты хорошо придумала.

Рой встал и улыбнулся, не рискуя заговорить.

— Мы с Ноем и Хамфри уже нагулялись, так что пес потерпит до вечера, – добавила Кейтлин.

— Пойду поднимусь в комнату Бруно, – повернулся Рой к жене. – Может, появятся какие-то мысли насчет…

— Я с тобой. – Клио взглянула на Кейтлин. – Обед через десять минут?

— Конечно. Скажете, когда будете готовы. Ты в норме?

— Ну да, – тихо ответила Клио и кивнула. – Держусь, но все как в тумане.

На втором этаже они вошли в безукоризненно чистую комнату Бруно. Перед белым шкафом выстроились туфли, кроссовки и футбольные бутсы. Грейс окинул взглядом два постера футбольной команды «Бавария Мюнхен». Рядом висела большая фотография местной знаменитости, немецкого футболиста Паскаля Гроса, перешедшего в клуб «Брайтон-энд-Хов Альбион» и одетого в соответствующую белую форму с голубыми полосами. Под ней на полке с книгами и компьютерными играми стояла красная машинка «порше-турбо».