Книга Им придется умереть, страница 86 – Питер Джеймс

Он уже собирался принять душ, как вдруг зазвонил рабочий телефон. Сегодня он был не на дежурстве, но взглянул на экран и увидел, что звонит Гленн Брэнсон.

— Привет, – ответил Рой. – Что случилось?

— Не уверен, что тебе это понравится, босс. На твоего славного приятеля Эдварда Криспа напали в тюрьме Льюиса. Один из заключенных ударил его шариковой ручкой в глаз, так как ему, по-видимому, не нравится, когда мужчины обижают женщин.

— Обалдеть! И как ручка, сломалась?

— Босс, я не спрашивал!

— Насколько сильно он ранен?

— Его отправили под конвоем в офтальмологию в Мурфилдс в Лондоне. Тюремный врач считает, что он может навсегда ослепнуть на один глаз. Так что, похоже, суд завтра все-таки не начнется.

— Сколько с ним сотрудников полиции?

— Не знаю, босс.

— Убедись, что его тщательно охраняют, – может, это очередная хитрость, чтобы сбежать.

— Вряд ли. Судя по тому, что я слышал, ручка все еще торчит у него из глаза.

— Жаль, что тот подонок поглубже ее не воткнул, прямо в мозги извращенцу, кучу времени бы нам сэкономил на процессе, – пробурчал Грейс.

— Что-то ты прям мрачный.

— Нет, просто реально на вещи смотрю. Однажды и ты таким станешь, если будешь иметь дело с такими же сволочами, что и я. Держи меня в курсе. Хочешь, пошлю ему записку с пожеланием скорейшего выздоровления?

— Как мило с твоей стороны, он наверняка оценит.

— Если сможет прочитать.

13 мая, понедельник

Мэг сидела на деревянной скамье присяжных в первом ряду; глаза слипались после двух бессонных ночей. Перед присяжными лежали папки с документами, из которых торчали цветные закладки с пометками. По одной папке на двоих.

Она посмотрела на заполненные места для зрителей, откуда несколько человек, казалось, пристально наблюдали за ней и ее коллегами; затем – на обвиняемого, сидевшего в застекленной кабинке на скамье подсудимых, с охранником позади. И вдруг Гриди посмотрел прямо в ее сторону. Ей показалось или он действительно хотел привлечь ее внимание?

Она вздрогнула. Неужели приспешники уже все ему доложили? «Присяжная под номером три, она ваш друг, она – залог того, что вы выйдете на волю?»

Мэг быстро отвела взгляд и сосредоточилась на юристах, сидевших в два ряда (некоторые – в париках и мантиях), попыталась угадать, кто из них представляет обвинение, а кто защиту. Несколько человек расположились в ложе для прессы в дальнем конце зала. Судья уже прибыл; она видела спинку его блестящего синего кресла и стержень черного микрофона на столе, рядом с ноутбуком, видеомонитором и конференц-телефоном. Высоко на стене за креслом судьи висел королевский герб, словно напоминая о величии этого места.

Ее мутило. Страшно было находиться здесь; быть не просто зрителем, а настоящим участником процесса. И не простым участником. Втайне ото всех влиять на происходящее. Дергать за ниточки. Препятствовать осуществлению правосудия, если, конечно, у нее хватит на это сил, смелости и способностей. Все казалось до ужаса реальным и очень внушительным. Могущественным. Королевский суд. Уголовный процесс под председательством старшего судьи. Разве что-то может быть серьезнее?

В зале царила атмосфера ожидания, все предвкушали, когда перед ними развернется драма. Но здесь не поднимали занавес, не приглушали свет перед началом фильма.