Книга Им придется умереть, страница 105 – Питер Джеймс

И хотя каждый из них отрицал, причем в равной степени убедительно, что когда-либо встречался с Майклом Старром, улики против Гриди становились все более весомыми. Во время обеда и в течение короткого перерыва во второй половине дня Гвен безапелляционно заявляла, что Гриди виновен. С этим согласилось тревожащее число ее коллег-присяжных, несмотря на энергичные доводы Мэг о том, что слишком рано формировать какое-либо мнение и впереди еще много свидетелей. Похоже, от этой чопорной дамочки будут одни беды. Жуткая зазнайка, но, как ни странно, к ней прислушивалось большинство присяжных.

Мэг уже понимала – и без помощи миссис Смитсон, – что защита Гриди разбилась о скалы.

Что делать?

Боже, как бы ей хотелось, чтобы Ник был рядом. Они бы обсудили все это, и он помог бы ей принять правильное решение. Он всегда был таким оптимистом и легко находил мудрые слова. Одним из его любимых высказываний было: «Держись подальше от негативно настроенных людей – для любого решения они найдут проблему».

Именно такими казались присяжные. Все, кроме Хьюго Пинка, который, как и она, отстаивал точку зрения, что еще слишком рано выносить какое-либо решение и что они противоречат самому понятию правосудия, делая поспешные выводы.

Мэг открыла входную дверь – на нее смотрела кошка.

— Ну что случилось, что ты хочешь мне сказать? Поесть надо? Попить? Печенье пожевать?

Она вошла в кухню и почувствовала, как горло сжал спазм. Остановилась, вглядываясь. Что-то лежало на столе, который, когда она уходила утром, был пуст.

Еще одна фотография. Что на этот раз? Мэг осторожно подошла к столу и уставилась на снимок. Лора и Кэсси на скамейке в парке, в шортах и футболках, в окружении игуан. На лицах девушек широкие улыбки, но они не обращают внимания на камеру.

Дома снова кто-то был. Здесь ли они сейчас?

Она затаила дыхание. Прислушалась. Огляделась. Затем наконец крикнула:

— Эй?

Тишина.

Мэг проверила каждую комнату в доме.

Зазвонил телефон. Она подпрыгнула. Сейчас она дергалась по каждому поводу. Тревога зашкаливала, нервы были на пределе.

Номер скрыт. Конечно же.

— Алло? – ответила Мэг.

Тот же самодовольный, жутковатый голос, что и прежде:

— Так себе денек, правда, Мэг?

— Да, не очень. – Она огляделась, дрожа.

«Где ты?»

— Мэг, хочу, чтобы ты знала, что еще один присяжный на твоей стороне. И есть один негативно настроенный, о котором мы позаботимся. Поверь.

— Что значит «позаботимся»?

— Завтра Лора с Кэсси собираются спуститься на зиплайне в ущелье. Безумие, на мой взгляд. Представь, а если трос оборвется? С Лорой на полпути. Даже думать об этом не хочу.

— Даже… не… смей. Пожалуйста, пожалуйста, – взмолилась она. – Я делаю все, что в моих силах.

— Не сомневаюсь, но этого же недостаточно?

— Что еще я могу сделать? – выдохнула она и сорвалась на крик: – ЧТО ЕЩЕ, ТВОЮ МАТЬ?

— Мы подсобим, насколько возможно, но ты должна быть сильнее, Мэг, настойчивее.

— Как?

— Это тебе решать, Мэг. Ты знаешь, что к чему. Ты знаешь, что нужно делать.

Последовало долгое молчание.

— Как? – заорала она. – Пожалуйста, скажи как, ты, урод!

Но связь прервалась.

14 мая, вторник

Дрожа, Мэг положила трубку на стол, покормила Дафну, а потом плеснула в стакан щедрую порцию виски, не находя себе места от мыслей о том, что будет дальше и какая опасность грозит ей, дочери, Кэсси и бог знает кому еще из близких.