Книга Умереть красиво, страница 150 – Питер Джеймс

— Он начал таскать меня в харизматическую церковь, но я не прониклась, хотя честно старалась, потому что на тот момент очень его любила. В результате мы стали отдаляться друг от друга.

— А он все усерднее молился?

— Ага. А ты весьма проницателен – для копа.

Грейс бросил на нее выразительный взгляд, однако не смог сдержать улыбку.

— Ну спасибо.

Клио чокнулась с ним бокалом:

— Ричард заставлял молиться вместе с ним, час стоять на коленях, а то и больше, просил Бога, чтобы наши отношения наладились. В какой-то момент мне просто надоело.

— Почему?

— Потому что я неверующая.

— Вообще ни во что?

— Я целыми днями препарирую трупы, тебе ли не знать. И до сих пор души ни в одном не обнаружила. – Она пригубила вино. – А ты верующий?

— Я верю в загробную жизнь, но не в Бога.

— Значит, мы на одной волне.

— Заметил у тебя на полке «Оккультизм» Колина Уилсона.

— Люблю эзотерику и все такое прочее. Я в курсе, что ты тоже этим увлекаешься, но совершенно не парюсь. Можно верить в привидений, мир духов, но при этом сомневаться в существовании единого всемогущего Бога, согласен?

Грейс кивнул.

— Полгода назад я порвала с Ричардом, но он никак не успокоится, считает, что Бог все исправит. На его карьере это тоже отразилось самым негативным образом. Неудивительно, если ты посвящаешь все время молитвам вместо того, чтобы изучать материалы по делу. Извини, но я смотрю на весь этот кошмар, который творится в мире, и думаю, что зачастую всему виной религиозный фанатизм. Временами мне кажется, что Ричард в своем фанатизме недалеко ушел от террориста-смертника. Из-за дурацкой веры они совсем не ценят эту жизнь, только следующую. Полный идиотизм! Может, сменим тему?

Грейс отхлебнул виски.

— О чем хочешь поговорить?

Клио поставила свой бокал на столик и проделала то же самое со стаканом Грейса. Потом ее руки обвились вокруг его шеи, ухо обжег жаркий шепот:

— Не возражаешь, если мы помолчим пару минут?

Она прильнула к нему мягкими, восхитительно мягкими губами. Грейс с наслаждением вдыхал ее терпкий запах, аромат свежевымытых волос, ощущал нежный сладкий язык у себя во рту, чувствовал, как она вбирает его в себя, обволакивая шелковистым коконом.

Их тела переплелись; не размыкая губ, они взбирались по крутой лестнице – один пролет, другой, Грейс не считал, – шаркали сначала по паркету, потом по густому ворсу ковра. Из динамиков по-прежнему звучал Эль Диво – на сей раз лирическая джазовая композиция. Догорали свечи вдоль стен, но Клио продолжала его целовать, исследуя языком его зубы, нёбо, дразня язык, и Грейс почувствовал…

Господи Исусе, почувствовал, как ниже пояса вспыхнул пожар.

Тело пронзил электрический ток, посылая в каждую клеточку восхитительные искорки. Грейс вынырнул из омута и прочел в устремленных на него голубых глазах улыбку. Клио расстегнула на нем рубашку и внезапно поцеловала в каждый глаз по очереди, отчего ток еще сильнее хлынул по венам. Она осыпала поцелуями его лоб, щеки, снова глаза.

Приятно до боли.

За минувшие девять лет Грейс не злоупотреблял объявлениями о знакомстве в «Аргусе», но все они неизменно приводили его в убогие полуподвальные квартирки Брайтона. Результат, правда, варьировался: толстая испанка обрабатывала его вручную, тайка ублажила ртом, а однажды, к своему стыду, он едва не оконфузился перед худенькой местной девушкой с хриплым голосом и плоской грудью.