Книга Умереть красиво, страница 118 – Питер Джеймс

Ник Николл сидел за рулем гражданского «форда-мондео» без опознавательных знаков. Рядом с ним на пассажирском кресле уткнулся в свой «Блэкберри» Грейс, сзади устроился Норман Поттинг. Они ехали по Лондон-роуд в центре Брайтона, где попасть в пробку можно было в любое время дня и ночи, однако ранним воскресным утром дорога практически пустовала, если не считать парочки автобусов.

Грейс глянул на часы в надежде, что беседа с д’Этом не затянется и он сумеет выкроить час-другой, чтобы сводить крестницу если не к жирафам, то хотя бы в кафе.

Справа возник Королевский павильон, главная достопримечательность Брайтона, однако никто из троих мужчин не удостоил его взглядом – подобно многим памятникам архитектуры, резиденция королей примелькалась настолько, что ее перестали замечать.

Украшенное башнями и минаретами здание в стиле индийского дворца возвели в конце восемнадцатого века по приказу будущего короля Георга IV (в ту пору принца Уэльского) в качестве приморской резиденции для его возлюбленной Мэри Фицгерберт. Загородных резиденций такого масштаба не сыскать на всем белом свете.

«Форд» притормозил у кольцевой на пересечении с набережной, напротив тянулся Дворцовый причал, даже в воскресное утро поражавший своей пестротой. Длинноногая блондинка в умопомрачительной мини-юбке, едва прикрывающей ягодицы, неторопливо перешла дорогу, игриво косясь на пассажиров «форда» и бодро помахивая сумочкой.

— Ну же, куколка, наклонись. Дай нам полюбоваться твоей мохнаткой, – забормотал до сих молчавший Поттинг.

Воспользовавшись лазейкой в потоке машин, Николл свернул налево.

— Ну согласитесь, она хороша! – восторгался Поттинг, наблюдая за блондинкой уже через заднее окно.

— Только не она, а он, – поправил Ник Николл.

— Да хрен там! – фыркнул Поттинг.

— Вот именно! – упорствовал детектив-констебль.

Полицейский автомобиль катил вдоль набережной Мэрин-Пэрейд, мимо гор битого стекла и коробок из-под пиццы у входа в ночной клуб, мимо супермодного многоквартирного дома, названного в честь великого архитектора Ван Аллена, мимо черно-белых особняков эпохи Регентства, расположенных напротив внушительного Королевского полумесяца^[9], – Брэнсон все уши прожужжал, что когда-то здесь обитал сам Лоуренс Оливье.

— Ты ни черта не понимаешь! – негодовал Поттинг. – Это была шикарная телка.

— Ага, с огромным кадыком, – парировал Николл. – Его не спрячешь.

— Чтоб меня, – буркнул Поттинг.

— А ты попроси ее хорошенько, уверен, она не откажет.

— Давно пора запретить этим педрилам расхаживать по улицам в таком виде!

— Норман, не перегибай палку, – обернулся к нему Грейс. – Нельзя безосновательно оскорблять людей.

— Извини, Рой, но педики оскорбляют меня одним своим существованием. Никогда их не понимал и не пойму.

— К твоему сведению, Брайтон официально признан гей-столицей Великобритании, – не на шутку рассвирепел Грейс. – Если тебя что-то смущает, меняй либо место работы, либо место жительства.

«А еще ты чертов кретин, и я бы многое отдал, чтобы ты исчез из машины и из моей жизни в том числе», – едва не добавил он, нащупав в кармане парацетамол.

Слева мелькали террасы белых особняков эпохи Регентства, справа белели паруса десятка яхт, спущенных на воду для воскресной гонки.

— Хмырь, к которому мы едем, тоже из этих? – поинтересовался Поттинг.