Книга Прайм-тайм, страница 111 – Максим Шаттам

Дан не мог поверить:

— Это нереально. Поль не мог сам такое организовать… Нет. Уж точно не изнутри…

И действительно, на площадке Поль, чувствуя, что зацепил Кратоса, развивал свою мысль:

— Если вы не можете заставить государство или медиагруппу заплатить, вы можете обратиться к тем, кто сделает это добровольно.

Янис указал на свой микрофон с наушниками:

— Заставь Поля замолчать. Не важно как, пусть даже по громкой связи!

— Тогда я полностью лишусь доверия Кратоса, – сказала Шарлен.

— Если он узнает о финансировании, мы потеряем все. Мы ему больше не понадобимся, это конец.

Его глаза горели яростной решимостью.

Шарлен тяжело вздохнула.

Она поднесла микрофон ко рту и положила палец на кнопку общей связи, собираясь включить этот канал, чтобы ее услышали все.

Но вдруг замерла.

— Бегущая строка агентства «Франс-пресс»! – воскликнула она. – Поль увидел ее на экране!

Она бросилась к своему компьютеру, вышла на разноцветные бегущие строки «Франс-пресс», пробежала по ним глазами и, ткнув пальцем, прочитала вслух:

— «Студент запускает краудфандинг для оплаты выкупа Поля Даки-Феррана…» Вот оно!

Но Поль уже собирался выложить все. Они опоздали.

Внезапно студию заполнил резкий свист из динамиков. Поль вздрогнул, а Кратос отступил, потом схватил оружие, озираясь, и приставил его к виску ведущего.

— Извините! – сказал с довольным видом звукорежиссер Боб, показывая, что сделал это специально, чтобы дать Шарлен немного времени.

Она объяснила Янису:

— В стол прямо перед Полем встроены три экрана. Обратная связь студии, его тексты и прямые сводки «Франс-пресс». Никто их не отключил, значит он видит, как они появляются одна за другой с начала вечера. Он прочитал эту новость и узнал о сборе выкупа!

Переговорщик лихорадочно думал. Затем спросил:

— Ты можешь изменить эти сводки?

— Да, они проходят через нашу программу.

Поняв его замысел, Шарлен сорвала наушники, бросилась дальше по ряду к другому пульту, выдвинула ящик с клавиатурой и принялась печатать со скоростью стенографистки.

— Нужно привлечь его взгляд к экрану, – уточнила она.

Янис тем временем следил за происходящим в студии. Кратос ждал, держа Поля под прицелом. Он как будто понял, что это технический сбой. Своим гортанным голосом он потребовал, чтобы Поль продолжал:

— Объясни.

— Это просто фидбэк. В режиссерской нажали не ту кнопку.

— Про деньги. Что за история с волонтерами, готовыми платить?

Шарлен подняла глаза на стену мониторов. К счастью, экран сводок «Франс-пресс» был за спиной Кратоса. Девушка нажала клавишу.

Экран замигал красным. Это был секретный код для привлечения внимания Поля на случай, если во время эфира происходило что-то срочное и по какой-то причине его наушник не работал. Такого никогда не случалось, им ни разу не пришлось этим воспользоваться, поэтому Шарлен не была уверена, что Поль об этом помнит.

Но на камере 5 она заметила, что он посмотрел на экран.

— Э… это все те, кто… – забормотал он.

Поль пытался прочитать последнюю строку, появившуюся на экране «Франс-пресс».

Шарлен напечатала: «Не говори ему о краудфандинге!»

Теперь он подбирал слова.

— Те, кто… платит налоги, – сказал он. – Избиратели, граждане, у них есть власть голоса. К ним нужно обратиться, чтобы они давили на правительство с требованием заплатить, иначе они больше не будут за них голосовать!