Книга Имперский вор. Том 6, страница 4 – Дмитрий Ра

Киваю и жду продолжения. Пока Шанкра мнётся, пробую неплохое, но слишком крепкое пойло. Не вино, кстати. Пиво. Пробую мясо и едва удерживаю восхищение: бесподобно! Что за зверь такой, интересно?

Матвей неторопливо жуёт, пренебрегая пивом. Шанкра перекидывает стакан из ладони в ладонь и наконец разражается целой тирадой:

— Карх силён! Он теперь немыслимо силён, ты и представить не можешь, инквизитор! Близок к Высшему.

— Которого вы сумели устранить, – вставляю я.

— Да… Как ты понимаешь, когда Высшего не стало, мы все дали себе волю…

— Принялись кошмарить смертных, – киваю я. – Чтобы молились поактивнее, поскольку инквизицию вы тоже устранили и защитить их больше некому.

— Ну да… А боль – лучшая пища для Карха. Он впитывает эманации тьмы через страдания смертных. Об этом мы как-то не подумали…

— Бывает, – философски реагирую я. – Не божественное это дело – думать.

— Это совсем не смешно, Никрас! – вспыхивает Шанкра. – Карх теперь непобедим! Да, у тебя кусок его тьмы, но если он тебя поймает, то у нас не останется уже никакого шанса. А сейчас шанс есть! – Он поднимает вверх узловатый палец и с пафосом говорит: – Это ты! Последнему троллю понятно, что Карх боится тебя, иначе давно нашёл бы и убил снова.

— И снова, – подхватываю я, – и снова, и снова…

Вообще-то я даже удивлён, что этого до сих пор не случилось. Это крайне сложно – найти переродившегося. Но это возможно. Тем не менее Карх предпочитает искать меня чужими руками.

Шанкра замолкает и надувается. Не иначе вспомнил, как отправлял меня на перерождение.

И точно: он начинает оправдываться.

— Вот что, инквизитор, я тогда не мог поступить иначе. Ну, когда мы тебя того… Если бы ты продолжал возглавлять орден, нам пришлось бы слишком долго избавляться от инквизиции. Ты должен, должен это понимать!

— Я понимаю, – соглашаюсь я.

Шанкра довольно долго и неуклюже извиняется за содеянное. Наконец мне надоедает. Нет, мясо, конечно, божественно вкусное. Но мой желудок – нет, не божественный. Больше не влезет. А пить я не собираюсь.

— Возможно, я подумаю над тем, чтобы тебя простить, – обрываю божка. – Попозже. Когда-нибудь.

— Хоть так… – вздыхает он. – И учти, я мог бы попытаться сейчас схватить тебя и отдать Карху. Он предлагал за тебя… много.

Предлагаю:

— Попытайся.

И слегка напрягаюсь. Потому что я совсем не уверен, что справлюсь с богом битвы. Не настолько я ещё крут в этом теле, даже учитывая мою тьму и море эфира вокруг, точно как в мире Теи.

Но Шанкра мотает головой, и в его глазах опять читается…

…страх.

Вообще, такая трусость богам не свойственна. Мне начинает казаться, что они знают больше, чем говорят. И Тея, и Дориан, и даже Шанкра. Что-то тут не то – всё же я не Карх, чтобы так меня бояться. При всей моей репутации – я ни разу не бог, и кусок тьмы богом меня не сделал.

— Никрас, я не буду с тобой сражаться, – говорит Шанкра. – И не потому, что боюсь тебя!

Ну конечно, я верю.

— А потому что ты нужен нам. Ты нужен всему миру! – пафосно сообщает он, опять поднимая палец.

Уточняю:

— Этому?

— Всем мирам, – мрачно отвечает божок. – Этот – мой собственный, и тут ты мне точно не нужен.

Стоп-стоп…

Это мир Шанкры. Личный. Собственный. В котором он творит что хочет.

В моём мире Шанкра тоже собирал энергию битв – он так устроен, это его пища, его жизнь. Но там ему приходилось ждать войны. Здесь же – к гадалке не ходи – он устраивает битвы сам, для собственного удовольствия, причём непрерывно. Это его мир. Мир бессмысленных войн, бессмысленных смертей и рек крови. Ублюдок.