Книга Имперский вор. Том 3, страница 68 – Дмитрий Ра

Что бы там ни висело – оно явно живое. И я не хочу знать, что это такое.

Осторожно отступаю спиной к туннелю, из которого мы вышли несколько минут назад. Не понимаю, почему химеринг не почувствовал чужое присутствие? Этого же не может быть!

Но выбраться из зала нам не дают. Тьма льётся сверху прямо на нас.

«Шмяк! Шмяк! Шмяк!» – раздаётся со всех сторон. Хитин трётся об хитин, скрежещут жвалы. Слышится топоток костяных лапок по полу. Теперь я вижу, что это сколопендры. Они похожи на тех, которых принесла в жертву Зефирка для создания разлома, только в разы меньше.

Отступая, вглядываюсь в них и, кажется, понимаю, почему Крайт их не чувствовал. Слишком мелкие, чтобы иметь свой источник. Просто комки принявшего форму эфира.

Они продолжают сыпаться с потолка, и холм из тварей перед нами растёт. Жаль, калаш бесполезен. Сейчас бы огнемёт…

А потом вся эта масса начинает сплавляться воедино. Превращаться в нечто большее. Зрелище завораживает. От каждой сколопендры отделяется крохотная искра. Слишком маленькая, чтобы быть самостоятельным источником. Но искры начинают сливаться, образуя огромный шар тёмного пламени – будто сердце. А юркие тела сколопендр тысячами сплетаются вокруг этого шара. Какие-то становятся телом, какие-то – лапами…

Перед глазами постепенно рождается гигантская многоножка. На пока ещё бесформенном отростке, который, как я понимаю, скоро станет головой, открываются светящиеся глаза.

Надо сваливать, а не пялиться!

— Крайт! – хлопаю кота по макушке, выдирая его из состояния какого-то полугипноза. – А ну быстро за мной!

Несёмся к выходу из зала, но часть сколопендр уже сплелась в длинный хвост, который хлопается перед нами и преграждает путь.

Ну что ж…

— Слияние! – командую, привычно протягивая Шанку руку.

Но… ничего не происходит. Божественная длань ведёт себя так, словно разучилась меня понимать.

— Твою налево! Слияние, Шанкар!

Вместо того чтобы послушаться приказа, божественная длань прыгает в самую гущу шевелящихся тел. И исчезает там.

— Сдурел?! – Едва удерживаю Крайта от попытки нырнуть «вслед за младшим» в шевелящуюся массу насекомых.

Ругаюсь, но вариантов нет. Перескакиваю через хвост чудовища и бегу к тоннелю. Надо отыскать выход наружу. Здесь я как на ладони.

Уйти мне не дают. Хвост шмякается ещё раз – уже у меня над головой – и обрушивает арку прохода из зала. Перекрыть жертве путь к отступлению… Выходит, эта тварь ещё и разумна?

Что я могу сделать с чудовищем размером чуть ли не в поезд? Невидимость бесполезна – оно явно почувствует мой источник.

А значит…

Когти тьмы…

Плетение укрепления мышц…

Удавка…

…и я несусь навстречу чудовищу. Оно ещё не до конца собралось, поэтому у меня под ногами то и дело хрустят панцири сколопендр. Расшвыриваю их в стороны, пробивая путь к гигантской многоножке.

Мой единственный выход – бить в светящийся шар-сердце, собранный из тысяч искр силы. Уверен, что, если уничтожу его, чудовище снова рассыплется. Но голова твари качается на высоте десятка метров. Чтобы добраться до этого ядра, надо залезть многоножке на спину и пробиться сквозь слои охраняющих сердце насекомых.

— Спрячься! – ору кошаку. – И не вздумай вмешиваться!

Лезу по хитиновым спинам вверх. Многоножка изгибается. Понимая, что сейчас последует атака, вбиваю когти ей в бок и перекидываю своё тело выше. Здоровенные жвалы щёлкают там, где я был секунду назад. Многоножка промахивается, оставляя на собственном боку рваную дыру. Останки нескольких сколопендр летят вниз.