Книга Имперский вор. Том 3, страница 47 – Дмитрий Ра

— В инете танцы посмотрю, – хмыкаю в ответ. Сильная и здоровая навка танцем кого угодно заморочит. Кроме меня, понятно, уже потому, что на мне печать Высшего, защищающая от любых ментальных воздействий.

Правда, танцуют навки покруче человеческих балерин. По крайней мере в моём мире. Но вряд ли здесь они сильно другие. Однако мне не до развлечений.

— В ине-е-ете… – тянет она обиженно. – Там такого нет! Ну не хочешь – и не надо. Тогда просто крови дай.

— Перебьёшься. Зови своего дядьку.

— Злой! – дуется навка. – А был добрый…

Хмыкаю и вытаскиваю из рюкзака шёлковое платьице, купленное в гипермаркете. Размер прикинул на глаз, но навку интересует сам факт и щедро рассыпанные по ткани блёстки. Она восторженно ахает, тянется к платью, но тут же отступает и спрашивает:

— Это мне?

Киваю.

— А за что? – спрашивает она с подозрением.

— Да просто так, – усмехаюсь в ответ. – Бери, подарок.

С нечистью надо дружить. Даже если ты инквизитор. Хотел бы я знать, какой магией обладают её представители. Но даже в своём мире выяснить это не сумел, хотя там нечисть колдовала очень зрелищно. Зато здесь – никакой показухи.

Вот и сейчас – навка, схватив блестящую тряпку, низко кланяется мне. А дальше всего лишь топает босой ногой и говорит:

— Жди.

На месте, где она только что стояла, опять закручивается смерчик, подхватывая с земли мелкий мусор. А потом в нём появляется довольная девичья мордашка и звонко пропевает:

— До-обрый! Хоро-оший! Спасибо тебе!

Леший появляется минут через двадцать. Крайт, никак не среагировавший на навку, тут же вылезает из кустов, что-то дожёвывая, и садится у моей ноги.

— Доброго дня, Семён Феоктистыч.

Вот уж про кого не скажешь, что нечисть. Мужик как мужик, и одет нормально, и стрижен, и побрит. Честно сказать, не видел бы его в деле – и не заподозрил бы, что это леший. Но на то он и высшая нечисть. Хозяин леса.

— И тебе не хворать, Никита Каменский, – говорит леший, щурясь на меня. – По делу или так, в гости заглянул?

— По делу, – развожу руками. – Мне в разлом нужно.

— Хех! – крякает леший. – Я хозяин леса, парень, а не портальный маг. Так что тут ты не по адресу.

— Я сам портальный маг. Мне бы попасть в то место, куда я тогда из разлома вышел. У вас в лесу, Семён Феоктистыч.

— А попроще-то подохнуть способа не нашёл? – интересуется леший. – Ты чего там забыл, в разломе? Кота выгулять?

Он кивает на Крайта. Крайт жмурится в ответ.

Кстати, сообщение о том, что мы идём в разлом, мой кошак воспринял довольно странно. Честно сказать, я думал, что он обрадуется. Но особой радости от него не ощутил. Неужели быть котом в этом мире ему нравится больше?

— И кота выгулять, – соглашаюсь я вслух. – Спросить вот хотел об этом. Вы сказали, в разломе он опять химерингом станет. А когда выйдем оттуда? Снова котом?

Леший кивает.

— Котом. Моё колдовство верное, не боись. Только… с каждым разом твоя мурка будет из разлома и кусок химеринга с собой выносить.

— Не понял? – напрягаюсь я.

— Да фигня, – отмахивается леший. – Ну, может, в темноте чешуйки под шерстью пробьются. Или когти длиннее станут. Или ещё чего по мелочи. Чуть подрастёт… Но при свете ничего не поменяется. Хотя… раз на десятый на нервах может и сильно подрасти. Тогда приходи, – говорит он великодушно. – Подправлю. Ты ж теперь в разлом повадишься… Чего-то там тебе мёдом обмазано…